Валера — боксер. И собака у Валеры — боксер. Зовут Гвоздь. Потому что ему забить на правила. Гвоздь живет у Валеры. Иногда у Гвоздя бывает такое страшное выражение морды, что мне очевидно, что это Валера живет у Гвоздя, а не Гвоздь — у Валеры.

Валера вечером гуляет с собакой.
Я вечером гуляю с детьми.

Про других собачек я говорю дочке: «Смотри, Катюня, собачка ГАВ — ГАВ. Хочешь погладить?».

Про Гвоздя я так не говорю. Ну нафиг.

Валера похож на своего питомца. Он суровый, как Гвоздь, только б…
… показать весь текст …

Забежала вчера в магазин. В очереди передо мной женщина с дочкой. Девочке лет пять.
— Мам, можно я сама выложу продукты на ленту? — спрашивает она.

Очень хочет помочь.
Мама нервничает, может, опаздывают куда, может, просто не выспалась.

— Давай, только быстрее… — говорит она дочке рассеянно.

Девочка со всей страстью начинает метать продукты из тележки на ленту. Спешит. Мама доверила такое дело! Надо оправдать ожидания!!! И вдруг…

Пакет с пшеном падает на пол, и лопается. Пшено почт…
… показать весь текст …

Туманы августа особенно грустны:
Они итожат прожитое лето.
Тепло уходит, дольше ждать рассвета;
Длиннее и спокойней стали сны…

Срываю яблоки в чужом саду,
Уже в дороге осень — мудрость года,
И к зимним снам готовится природа,
А я весну с апрелем в гости жду.

И, если будем с жизнью мы честны —
И осень, и зима не будут лихом…
Смотрю в своё окно в раздумье тихом…
Туманы августа особенно грустны…

Отпустите обиды, как птиц по весне, отпустите
В бесконечное небо, туда, где рождается свет,
Ярким солнечным утром окно поскорей отворите
И с ладоней своих отпустите всю тяжесть сует…

Золотые лучи карамелью рассыпятся на пол…
Синий-синий апрель засмеется, вам глядя в глаза…
Отпустите обиды… Дождем распустите — по каплям…
Все, что можно - простите…
И даже все то, что нельзя…

Плохой погоды не бывает,
А недовольных — пруд пруди, —
Всегда им что-то не хватает:
То снегу мало, то дожди.

Июль состряпан не по ГОСТу, —
Не в радость дождь, не мило лето…
Не хмурьтесь попусту, а просто
Купите зонт другого цвета.

Не верить в душу каждый волен,
У всех нас виденье своё,
Однако всяк в минуты боли
Реально чувствует её.

О! Город говорите мой с гнильцой?
Ну, да. Конечно. Сгнил и развалился.
Он — немчура? Он, видно, Вам приснился!
Вы до сих пор не прячете лицо?

Мой Петербург! Мой мир, моя душа!
Здесь память добрая в тебе стучит, как сердце,
Шагами тихими. И никуда не дется
Тебе от прелести твоей! Шурша

Листвой пожухлою здесь бродят тени тех,
Кто сделал мир чудесней, сколь возможно.
Конечно, обругать тебя не сложно!
А это гарантирует успех
… показать весь текст …

Сильный человек — это не тот, кто демонстрирует свою силу всему миру, из последних внутренних возможностей выпрямляя спину и натягивая душу так, словно она сейчас лопнет, а тот, кто не боится выглядеть глупым, смешным, уязвимым.

Силён не тот, кто никогда не плачет, а тот, кто не стесняется своих слёз, признавая, что перед этой жизнью он слишком слаб. Не тот крут, кто бьет всякого, кто его заденет, а тот, кто способен сдержать свой удар.

Сильный не тот, кто злословит в адрес людей, высмеивает чужие недостатки, внешнее уродство, несовершенство, порицает непохожесть другого человека на себя, а тот, кто добрым словом может успокоить чьё-то истерзанное сердце.

И уж точно не тот силён, кому страшно проявить любовь, нежность, кто опасается выглядеть навязчивым или даже ненужным, показав свои эмоции, а тот, кто живёт на полную катушку- любит, смеётся, радуется, грустит, и плюет на мнение злопыхателей.

Сила она не снаружи, настоящая сила внутри.

Вас не нужно жалеть. Да и вы ведь того не хотели.
Вот и губим без жалости память ушедшей войны.
Вас почти уже нет. Вас и после войны не жалели,
Вас, собою удобривших землю великой страны.

Только стала ли наша земля вашей жертвой добрее?
Мы, шутя, продаём уходящих отцов ордена,
И, как вы завещали, мы вас вообще не жалеем,
Даже шутим порою: «Подумаешь, эта война!

Лучше б сдались тогда, вот и жили теперь бы как немцы!
Это что ж за победа, когда большинство — в нищете?»
И бегут, и бегут п…
… показать весь текст …

…Думала ли ты о том, что мы не должны потреблять радость и свет, не производя ни того ни другого? Быть непонятным, мрачным и недооценённым — это довольно просто. Невероятно трудно быть добрым, ясным и открытым. И с возрастом этот труд становится для иных почти непосильным.