Владимир Листомиров

menschen, die aus brennenden uden springen.

люди,
выпрыгивающие из горящих зданий,
обязательно приземлятся на обе ноги
и пойдут вниз по пятой авеню,
отряхиваясь от сажи и копоти.
от их пиджаков будет пахнуть дымом,
но никто из прохожих не обернётся, чтобы спросить:
«извините, это вы спрыгнули с эмпайр стэйт билдинг?
простите, это ваши волосы горели так ярко,
что на мгновение показалось,
будто вниз летит крохотная комета?»
просто прохожие не привыкли спрашивать о таких вещах,
… показать весь текст …

Мы созданы были для разных людей, но крапинкой пыли на черной слюде, в кулон мне запаянной черной слюде, твое заискрилось имя.

Почуяв друг друга за тысячи лье, где небо, как уголь, а горный рельеф скрывает под камнем тягучую нефть, хранящую жар пустыни, мы тут же решили, что наша судьба — не шиллинг, оброненный в мусорный бак, не фантик среди бесполезных бумаг, а лишь неизменный выбор.

Тогда, не советуясь, выбрали рейс: решили сорваться на несколько дней, туда, где стоит базилика Хигвей — ра…
… показать весь текст …

И рвать ногтями горло,
Чтоб снова говорить.
Шумят потоком горным
Слова немых молитв
И бьются мотыльками
Под кожей тонких губ.

Я — безголосый камень
На тёмном берегу.

Песок, вода и глина —
Соратники мои.
Создали исполина,
Вложили героизм,
… показать весь текст …

Мне снится старый мир,
Разбитый на осколки,
Мне снится Судный день
С несказанным «люблю»,
И временная брешь
У Бухты Злого Волка
Пронзает ткань времён,
Подобно кораблю.

И догорает мир,
И полыхает солнце.
Не хватит на ответ
Последних трёх секунд.
Я знаю, что прошло,
… показать весь текст …

Голосуешь на автотрассе, мимо мчатся фургоны хиппи, все вокруг говорят: «Опасен твой попутчик небесноликий, не к добру ты с таким связался». Отвечаешь им: «Не ворчите, он всего лишь знакомый с Марса — неуклюжий подзвездный читер».
Мы с ним ловим и не попутку: ждем, чтоб НЛО приземлилось рядом. Идиотские предрассудки, будто в космосе есть порядок. Тут не сходится часто время: ждали в семь, а летит в ноль-восемь. Мой космический друг уверен, нас куда-нибудь, но подбросят. Он жует леденец с ментоло…
… показать весь текст …

Твои мокрые волосы в тонких сетях дождя
Белый бок аэробуса,
Солнечный диск — медяк,
И цветущие ландыши сотнями снежных брызг.
Ван Бетховен на клавишах:
Вечная «Fur Elise».

Наша тема прощания — лёгкая багатель,
Одинокие здания,
Ждущие монорельс,
И пустынные улицы в тканях твоей страны.
Посмотри, как волнуется
Жилистый нерв струны:
… показать весь текст …

Я сам куплю тебе билет и даже провожу на поезд, а рельс на вымерзшей земле вдруг в часовой вольётся пояс, и за окном возникнет луг, сместив привычный шум вокзала. Ты прислонишься лбом к стеклу, подумав: «Просто показалось», но поезд двинется вперёд, туда, где Альпы прячут сердце. Вагон запахнет декабрём и терпкой смесью пряных специй.
В стакане с чаем Рождество вдруг обнаружится под утро, ты не заметишь телефон под тонким слоем снежной пудры и позабудешь обо всём, согревшись ярко-красным пледом…
… показать весь текст …

Закрываю лицо руками, но слова-то наружу рвутся, моих губ омертвелый камень разбивается словно блюдце. Нет, не надо, прошу, не надо! Так мучительно и… приятно? На щеке от твоей помады остаются цветные пятна. Кто додумался красить губы, чтобы ими впиваться в мрамор? Ты улыбчиво-острозуба, как созданья моих кошмаров.
Отойди, отойди, блудница, мне прекрасно в своих оковах! Полсекунды, и разлетится/разобьется моя основа.
На плечах — вереница трещин, из-под мрамора дышит тело. [Ну давай же! Сильнее…
… показать весь текст …

Когда все то, что ты не совершил,
Петлей затянется на побелевшей шее,
Уйди туда, где тонкий перешеек,
Покрытый кружевами черемши,
Врезается в лазоревый залив
И замирает в утренней прохладе.
Твой дымный город, будь же он не ладен,
Прекрасен от заката до зари,
Но по утрам в нем грязно и светло,
Как в здании заброшенной больницы.
Скажи-ка, друг, тебе спокойно спится,
Когда на плечи давит потолок
Из серых туч, из мрачных площадей,
Из позолоты маковок церковных?
… показать весь текст …