Не стану прятать под лживой маской
Души порывы и сквозняки.
Случалось было темно и тряско
На шее прятались желваки.
У жизни много ролей и партий,
Влезая в образ, срастаясь с ним,
Мне впредь не страшно сыграть бездарно,
Мне страшно знаться с тобой чужим.
Утешительное забвение
Шум прибоя.
А в груди пулевое ранение,
Проще горе.
Чаек крик бесконечный и ранящий
Режет ухо.
А болит только по нарастающей
Невезуха.
Все дороги мои исхожены
Вдоль и против.
Лишь ошибки за жизнь помножены
Не сочтете.
Я не грежу об их решении
Двойка в табеле.
А между тем созревшее тихо клонилось к земле,
Я всё стерпеть сумевшая, плакала по себе
Ночью его уставшего, молча влекла за собой.
За руку, едва державшая,
никла дурной головой.
Видимо зрелость маялась или болела вина,
Да только молчала, не каялась, себя от людей берегла.
Зрелость рождала значимость, только все чаще свою,
Опыт с пометкой «оплачено», нашу покоил семью.
Зерна свои повысадим, в самый красивый горшок,
Зрелость еще не исповедь, чувства еще не предлог.
А между тем настоящее, свято стоит на своем,
Я твое счастье пропащее, ты свет в окошке моем…
Ты как там? Хочешь честно я скучаю,
Не поддаюсь унынью и ношу чулки,
Бьюсь об заклад и верю, что справляюсь,
Держу фасон прогнозам вопреки.
Ты с кем там? Если честно, я все знаю,
Мне не болит, так ноет иногда.
Беру ключи и втихаря убегаю,
Но от себя выходит не всегда.
Ты снова там, на том же самом месте,
Где я однажды жгла уже мосты.
Меня швыряет память в счет возмездий
Виском до боли и до хрипоты.
А дальше что? Я верую что вёсны,
Хоть все сложней с приходом сентября,
Вроде вечер, как вечер и медовый разлит закат.
На площадке у дома детворы беспокойной гомон,
Вроде всё хорошо, но внутри почему-то не рад
Мой невидимый сталкер, мой начальник над управдомом.
Он обычно молчит, лишь порою маячит в глазах,
Когда вход пресекает быдловатым гостям в ботинках,
Вроде всё хорошо, только радость на тормозах
И узор кривоват в рассыпаных наспех чаинках.
И никто не придёт, хоть давно дефицит тепла,
Ну, а если всерьез, от тебя ни внутри, ни рядом,
Я своё отболела, отплакала, отждала,
Так отчаянно зло, что теперь никому не рада.
Я была с ним девочкой непростой,
Как-то в ночь попросилась к нему на постой,
А на утро случилась его виной
И чуть-чуть отрадой.
Я носила платье, обычно в пол,
По ночам мы слушали рок-н-рол.
Он измял мне душу, как тот подол
И сказал 'Так надо"
Я его не виню, я сама грешна
Я любила так, как растёт сосна,
Незаметно, тихо, едва-едва,
Упираясь в небо.
Я была с ним девочкой, он старел,
Кружева и бусики не воспел,
Когда отболит я стану как прежде ветреной
И платье куплю, наверно, в разрез до пояса,
Я не позвоню, останусь завзятой стервою
И выключу звук, лишив тебя права голоса.
Когда отболит и раны внутри затянутся,
Плесну на них водкой и горечь ее почувствую,
Кто-то полюбит, кто-то как я обманется,
А кто-то поверит, что жизнь это в общем иллюзия.
Когда отболит осень заплачет ливнями,
И листья прибьет к дымным кострам-пристанищам,
Когда догорит, сизый дымок поднимется,
Оставив внутри угольный след пожарища.
Когда отболит ты приходи покаяться,
Я чая налью и буду радушно ласкова.
Случилась со мною жизнь, хоть выбрала и не я,
Впрочем зачем я вру, позволила быть угодной.
Вчера был с утра четверг, сегодня уже среда,
Я выучилась для них, быть стороной оборотной.
Приходят обычно в день, ревут и в глаза глядят,
То корчат мне лица зло, то тихой виной пытают.
Бывает пургу несут, о вечной любви галдят,
За всех понимают все, только себя не знают.
Не редко в лицо плюют, да зеркало ж стерпит все,
Сквозь прения и вражду, к себе мы идем упрямо.
А я ретранслятор душ, седой у меня висок,
То женщина, то сестра, но чаще конечно мама…
Случилась со мною жизнь, а в жизни случилась роль
И вот я живу ее, в ночь прячусь под одеяло.
Ну вот и снег, привет зима!
В сугробах прячутся дома,
Визжит смешная детвора
И едет с горки…
Так детсво просится из нас
И брызжит радостью из глаз,
Я ежусь не стыдясь гримас-
Мне снег за ворот.
О, Боже как же хорошо!
Хандра прошла и снег пошёл
И много надо ли ещё?
Душа светлеет!
Нам обновленье, как мечта
И белый пух и кутерьма,
А правда, что если подкожно — быстрее?
Больнее… но вытеснить проще наружу
Ту боль, что застряла в районе трахеи,
Что душит за горло и травит сомненьями душу…
А правда что если беда, то громом
И если любовь то нет счета веснам…
А, правда, что если мы пьем, то с горя
И если мечтаем, то только в дыму папиросном…
А, правда, что если с разбега, то в омут
Такой, что тебя за свою в нем черти
И примут, и бал в честь знакоства устроят,
И в жизни границу с пометкою «до» отчертят…
А «после» — оно тяжело как похмелье,
Там шаткой походкой, боишься, запнешься…