В танце ветра и снежинок
Добираюсь я домой.
Нервы — сжатая пружина,
Взгляд прямой и ледяной.
Нервы — сжатая пружина,
Ненароком только тронь, —
Разорвусь от напряженья
И рассыплю свою боль.
Мне зимою звонко-белой
Сложно быть самой собой:
Замороженное сердце,
Взгляд такой же ледяной.
Это я себя так вижу.
Говорят со стороны,
Нас не учат стареть и мы старимся так неумело —
некрасиво, бессмысленно, даже порою смешно,
отраженье не радует, вянет как будто бы тело,
и шагать километры уже всё труднее пешком.
Мы не любим себя, а ведь раньше любили когда-то,
а теперь только жалость рождает в душе скорбный вид,
объясняем себе — за грехи это наша расплата…
Для чего ты живёшь? — голос внутренний нам говорит.
Задаёмся большим и почти философским вопросом —
ничему нас не учит летящий снежок за окном,
продолжаем глядеть на других исподлобья и косо,
утверждая, что мир перевёрнут был кем-то вверх дном.
Чудеса замечает не каждый, а всё почему?
Нам даны лишь мгновения счастья, восторга, полёта.
Иногда и минуты летят пустяком для кого-то,
Да и дни могут сгинуть, забыться, умчатся во тьму.
Даже праздник, что снова грядёт, эту тайну хранит.
Лишь секунды мелькнут на часах, и изменится дата.
Все готовились, ждали, а чудо исчезло куда-то,
Наступил Новый год, и былой уже канут, забыт.
Чудеса выбирают того, кто их вовсе не ждёт,
Тех кто знает, что счастье бывает порой мимолётным.
Лоскутки воедино собрать — и сошьются полотна,
Сбережёшь каждый трепетный миг, и получится год.
Из всех подарков в День рождения дороже
Простой рисунок детской ручкой на листочке:
Три человечка, так знакомые до дрожи,
И торт со свечками разрезан на кусочки.
Вот задувает мама в торте свечки,
Вокруг веселье, фейерверки и хлопушки,
Взмахнув крылами разлетаются сердечки
И опускаются на слов цветные рюшки:
«Моя роднюлечка, мамуля дорогая!
Желаю радости и счастья много -много!
Такого счастья, у которого нет края!
Еще желаю, чтоб жила ты долго- долго!»
Если вдруг, ты устанешь быть взрослой-
Приезжай, я тебя обниму.
Все слезинки, печали развею
И заботы твои одолею,
И тебя не отдам никому.
И тепло тебе станет, как в детстве
И оттаят снежинки души,
Хоть рассказ может трудным казаться —
Всё равно, не таи, расскажи.
Ты поверь, я понять всё сумею
И закрыть, защитить от невзгод,
И тихонько целуя, как в детстве,
Прошепчу: всё пройдёт, заживёт.
И улыбка вдруг глазок коснется
Белый танец, белый танец...
Как же это? Так не честно!
Где ты, русский мой афганец?
Ждёт тебя твоя невеста!
И. Шведова «Белый танец» (Афганский вальс)
Я листаю папин армейский альбом. На каждой странице видно, сколько труда и старания вложено в них. Кажется, а может и не кажется, что он пропитан крепкой дружбой и верностью. В детстве он казался мне очень огромным и тяжёлом. Сейчас я воспринимаю его иначе, но чувство, что я держу в руках что-то очень важное и святое, не изменилось.
К альбому подлежит шикарная красная коробка из-под конфет. В ней мама хранит папины письма и фотографии из армии. В детстве, перебирая эти письма, я мечтала, что и м…
Возвращайся, возвращайся
От обугленной границы,
Не могу я в белом вальсе
Со своей бедой кружиться!
И. Шведова «Белый танец» (Афганский вальс)