Вдруг её отыскав среди боли и вечных раздоров,
Среди пыльных дорог, в неприветливом дальнем краю,
Ожерельем прекрасным, с диковинным нежным узором
Я считала любовь, надевая на шею свою…
Тот прохладный металл мне казался частичкою рая.
Были вёсны длинней, а сады расцветали вокруг.
И носила годами, алмазов себе не желая,
Ожерелье любви, вызывая лишь зависть подруг.
Кто посмел осудить, был тогда для меня иноверцем,
И казалось порой, будто вечность у нас впереди.
Но однажды… змея вдруг ужалила в самое сердце.
Та, что целую жизнь на моей согревалась груди.
