Сегодня все спрашивают: куда подевались настоящие мужики? Но этот вопрос — не про мужчин. Он про нас всех. Мы получили свободу — физическую, социальную, сексуальную — и думали, что вместе с ней автоматически придёт гармония. А пришла тревога. Психологически это объяснимо: когда внешние рамки рушатся, человек остаётся один на один с собой, и если у него нет внутренней опоры, свобода начинает пугать. Тогда хочется, чтобы кто-то сильный пришёл и решил. Но сильный не приходит, потому что мы сами долго учили его не быть сильным — не брать ответственность, не рисковать, не отвечать за другого.
Философски здесь парадокс, о котором писал ещё Эрих Фромм: свобода — это не только освобождение от, но и ответственность за. Свобода без ответственности быстро превращается в произвол, а произвол — в новую несвободу. Сейчас раскованность такая, что порой хочется сковать её обратно. Не из ханжества, а из тоски по форме, по границам, по чему-то прочному, что выдержит вес жизни. Но вернуться в старую клетку нельзя: это было бы бегством от свободы, а не взрослением.
При всём равноправии серьёзные вещи должен решать мужчина. Не потому, что женщина слабее. А потому, что в паре нужен тот, кто делает последний шаг и берёт окончательную ответственность. Это не про господство, а про архетип: мужское начало — это вектор, структура, решение; женское — принятие, удержание, глубина. Когда эти начала разбалансированы, мы получаем либо инфантилизм, либо подавленность. Но зрелый мужчина — не тот, кто командует, а тот, кто способен выдержать свободу другого и не убежать от собственного выбора. Зрелая женщина — не та, что жертвует собой, а та, что умеет быть свободной, не разрушая.
Свобода — это достоинство. Когда у тебя свобода физическая, это ведёт к свободе мысли. И я не хочу отказываться от этого достоинства. Я хочу другого: чтобы свобода не стала оправданием безответственности. Чтобы равенство не отменяло различий. Чтобы мужчины перестали бояться ответственности, а женщины — своей свободы. Тогда, может быть, ситуация и выправится. Не через возврат патриархата, а через взросление. Не через скованность, а через форму, которую человек выбирает сам…
О дне сегодняшнем с Верой .
Свобода без ответственности — не свобода, а новая клетка. Равенство без различий — не равенство, а пустота. А зрелость — выдержать свободу другого, не убегая от своего выбора.
И всё же я верю: мы не потеряемся в этой свободе. Мужчина вспомнит, что сила — это ответственность. Женщина — что свобода — это достоинство. А вместе мы вспомним, что любовь не отменяет различий, а примиряет их.
