Лариса Емельяновна Миллер

Всё уляжется однажды, всё уляжется,
И какой-нибудь просвет вот-вот покажется.
А покуда всё не так и всё не клеится,
Остаётся только верить и надеяться —
Только это немудрящее занятие,
Что целебно, как сердечное объятие.

Уж так давно невзгоды длятся,
Что надо перестать бояться,
Начав воспринимать напасть,
Как неотъемлемую часть
Судьбы, земного бытованья,

Как встреча или расставанье;
Пора воспринимать беду,
Как очень горькую еду,
Которая нужна отчасти,
Чтоб что-то понимать о счастье.

Я проснулась рано, в пять.
Поглядела — дождь опять.
Дождик серенький, негромкий.
Нахожусь на самой кромке
Яви призрачной пока.
Под щекой моя рука.
По окошку дождь стекает.
Это время истекает.
Затуманилось стекло.
Это время истекло.

Да я ведь ничем не могу пренебречь.
Ну как я могу отключиться, прилечь,
Хотя бы на миг прикорнуть, отлучиться,
Когда столько важного может случиться
И здесь на земле, и вон там в небесах?
Вот я и стою целый день на часах.
Не просто стою, а беру на заметку:
Вот иволга села на ближнюю ветку,
Вот таволга вздумала нежно цвести.
Когда ж мне дыхание перевести?

Плывёт кораблик по ручью,
Ручей, как музыка, струится,
Внушая тем, кто жить боится,
Что всё закончится вничью.
И, хоть кораблик — не жилец,
Поскольку он — бумага, спички,
Зато не знает он привычки
Всё время думать про конец.

Струится музыка, она
Есть шанс волшебный объясниться
Всему, что грезится и снится,
В любви, которая без дна.
… показать весь текст …

Тону не в травах, не в лучах,
А в пустяках и в мелочах,
Тону в подробностях, в деталях,
В текущих радостях, в печалях,
В сиюминутном я тону
И радуюсь, что я в плену,
Что я забот текущих пленник
И всех живущих соплеменник.
Держи меня, о жизнь, держи
В своём плену. Лишь миражи,
Детали, что сметает ветер,
И держат нас на этом свете.

Я смею надеяться, всё-таки смею,
Поскольку без этого жить не умею.
Надеяться смею на светлую даль,
И с этой надеждой расстаться мне жаль.
Надеяться смею, что буду при деле
На этой, на той, на грядущей неделе.
Когда темнота нам начнёт досаждать,
Мы планы на лето начнём обсуждать,
Надеясь, что будет грядущее лето,
И мы с тобой будем, и чудо рассвета.

Коснулся луч оконной рамы
Ей — ей, не стоит делать драмы
Из треволнений и невзгод,
Ведь ты, живя не первый год,
Прекрасно знаешь — все проходит,
И луч окно твое находит
В каком бы ни был ты краю,
И золотит печаль твою.

О как я завидую лёгонькой плоти,
Какой обладают снежинки в полёте.
Я тоже подобное тельце хочу,
Поскольку тогда уж я точно взлечу.
Но тельце такое — не без недостатка:
Оно ведь способно пропасть без остатка.
А мне бы хотелось таким обладать,
Какое душе ни к чему покидать,
С которого, что ни случись, не убудет,
Которому сносу, как душам, не будет.

Нет, нет, не надо сокрушаться,
Что дни осенние крошатся
На уйму охристых частиц,
На землю падающих ниц
Иль упадающих на спинку.
Нет, надо полюбить картинку,
И даже рвущуюся нить
Необходимо полюбить —
— Нить, на которой всё держалось.
И, если даже сердце сжалось,
То ведь печальные сердца
Есть тоже замысел Творца.