Лариса Емельяновна Миллер

Судьба, надеюсь, не откажет,
Не скажет: «Не проси, не дам».
Возьмёт и радостно помажет
Весенним мёдом по губам.
Судьба, надеюсь, улыбнётся,
Послав удачу в нужный срок.
А вдруг она пришла и мнётся,
Боясь ступить через порог.
И ожидает приглашенья,
Ко мне пожаловав чуть свет,
Покуда я всё жду решенья —
Судьба откажет или нет.

Да перестань ты, жизнь, кончаться.
Давай на веточке качаться.
Ты — юный лист, а я — скворец.
Какой там к дьяволу конец?
Ты — песня, я — твоё коленце,
Ты — колыбель, я — сон младенца.

Воздуха столько: дыши не хочу —
Хватит кузнечику, хватит грачу,
Лютику, тополю, божьей коровке.
Ветер погладил меня по головке.
— Дышишь, мол, милая?
Дышишь? Дыши.
Летние запахи так хороши.

Как глупо и смешно всё снова затевать,
Ведь мы же знаем, чем кончается всё это.
Как глупо и смешно вновь поле засевать
Цветами и травой: мол, праздники, мол, лето.
Как глупо и смешно. И всё ж глупи, глупи,
Глупи, малютка жизнь, будь вечно простодушной,
И тех, кто был тобой заворожён, люби —
Младенца, старика и вербы куст тщедушный.

Как дела? Да никак. Нету дел никаких.
Разве дело — в тиши сочиняемый стих,
На ходу, в снегопад, меж седыми стволами?
Я не помню, когда занималась делами.

И вчера, пока снег заносил дерева,
Я ходила, бродила, искала слова.

И день сырой заплаканный,
Каких полно в отчизне,
И он кусочек лакомый
Судьбы моей и жизни.
И он со мною делится
Всем тем, что сам имеет:
Травой, что мягко стелется,
Дождём, что мелко сеет.
Всегда отыщет, чем со мной
Он может поделиться,
И потому мой путь земной
Всё длится, длится, длится.

А всё-таки спинку бы надо держать,
Не складывать крылья, как лист не дрожать,
Все дни без разбора — и вторник, и среду,
И прочие дни отмечать, как победу
Веселья над грустью, рассвета над тьмой,
Сиянья над хмарью, весны над зимой.
А ежели носа не можешь не вешать,
Ищи поскорее, кого бы утешить,
Кому бы сказать: «Не тоскуй, не грусти».
Глядишь, и себя ты сумеешь спасти.

Принимать эту жизнь с её метаморфозами
Не единым глотком, а мельчайшими дозами,
По чуть-чуть, по чуть-чуть, чтоб её раскусить,
Разжевать и вкусить, и ещё попросить.
Хоть и горечь в ней есть, но добавки так хочется —
Новых вешних лучей и травы, что щекочется.

Хотя прозвучит слишком пышно и громко,
Скажу: лучезарной небесной каёмкой
Обшит, окружён, обрамлён, окаймлён
Мой нынешний день, натуральный, как лён.
Мой нынешний день, что из листьев и травок,
И ветра, и солнца, без всяких добавок.
И я не хочу, чтобы он истекал,
И чтобы мой срок на земле иссякал.
Тем паче, что дни мои — чистый Вермеер:
Пленительный, пёстрый и сказочный веер
Житейских обыденных сценок живых
Из светлых сторон и сторон теневых.
Но даже и в сумерках прячется где-то
Незримый источник нездешнего света.