Наталья Захарцева (Резная свирель)

С утра мело. Потом до вечера мело.
Как будто нет на свете правды, кроме снега.
Такая вышла тишина, такая нега, такое небо. Стало городу мало его изношенно-любимое тряпьё кривых балкончиков, лохматых штукатурок.
Пусть наступают времена изящных турок. Пускай шкатулка музыкальная поёт: возможно многое. Волшебное. Почти.
Что невозможно — может, в принципе, не надо. Стекло троллейбуса узорами пернато, богато знаками — пожалуйста, прочти. И те поэты, до которых не дорос, спустились сдуру прогулятьс…
… показать весь текст …

Может, ты даже не слышала. Я-то слышал: бог живёт в маленьком доме с зелёной крышей. Бог над вулканом стерилизует банки. В доме уютно, три кошки и две собаки. Рыбки, енот, черепаха ещё до кучи. Богу вообще никогда не бывает скучно. Плохо бывает — себе самому молиться? Старый словечки выращивает в теплице: это цветёт ярко-розовым, это синим. Водит экскурсии, если попросят сильно ангел дежурный, знаток колеса Сансары:

— в правом углу очень редкие экземпляры: всякие кабы, надысь, обожди, доколе. Э…
… показать весь текст …

Стоял фонарь.
Был старым и хорошим. И гордым, как небесный атташе.
Когда в подъезде завелась Маргоша, то не пришлась подъезду по душе.
Вообще, Марго почти не докучала (Васёк из третьей — точно наркоман).
С утра гуляла долго у причала и сочиняла по ночам роман. Внутри кипели страсти. Аферисты бросали женщин, и наоборот.
С опаской, что вот-вот сердечный приступ, Марго уничтожала бутерброд. А если ей хотелось поругаться, она всегда ругалась с фонарём: какое ослепительное гадство — светить, хотя м…
… показать весь текст …

Меня учили быть светлым магом, куда светлей, чем зола в камине,
но только магии — кот наплакал в домах из камня, в узорах линий
на карте города без названья, страны, которой не существует.
Мне дали плащ, шерстяной и рваный, и крепкий посох из старой туи.
Сказали: «Видишь в хрустальном шаре свои блестящие перспективы?»
Я пел про тайны, читал скрижали и даже складывал их в мотивы,
в мышиный шорох, в орлиный клекот, в кристаллы снега, в сентябрьский дождик.
Немного грустно и одиноко жить посвя…
… показать весь текст …

Всё достаточно относительно. Гришка сразу родился в кедах.
Красовался часами в кителе, что достался ему от деда. Дед загадки любил загадывать, презирал болтунов и хамов. Гришка — облако перекатное, вольный ветер, бродяга Дхармы. И рюкзак, вон, неразбираемый по причине — кого волнует? В детстве, спрятавшись за сараями, представлял себе жизнь иную. Жизнь, наполненную рассказами о богах, молодых и старых. Никогда не считал их «массами». И «ресурсами» не считал их. Он друзьям объяснял, но сбивчиво,…
… показать весь текст …

Когда опускается ночь, и макушки крон приветствуют ветер, летящий с чужих сторон, когда Чайлд-Гарольд представляется просто — чайлд, она закрывается дома и пьет свой чай. Пытается что-то кому-нибудь объяснять:
— зачем мне грызня, ну скажи, для чего резня. Вон, видишь мужчину? Нахмуренный, средних лет. Торгует стихами. Он был неплохой поэт. Он был трубадур, менестрель, ясноглазый Джа. В начале пыталась немножечко подражать.
Писал про штурвалы, чудовищ. Ловил пассат. Наверное, детство пытался верн…
… показать весь текст …

Сегодня тихо ангел пролетел. Смеялся так, что падали на крышу смешинки. Спали дети, рыбы, мыши. Кофейник спал на газовой плите.
А чем ещё заняться в деревнях, когда стоят крещенские морозы. Упорно рифмовали «розы-слёзы» любители кататься на санях, но точно не любители возить. И ангел всё летел, не рассуждая. Подобие господнего джедая, диспетчер вездесущего такси.

Когда он был ирландским рыбаком — рыжебородым, хмурым, двухметровым — паслись на небе тучные коровы, пастух немолод, каждому знаком…
… показать весь текст …

Индейским было лето, и пироги уже поплыли по небесным рекам.
Сидели в понедельник у дороги четыре несерьёзных человека.
Один — в широкой клетчатой рубахе. Совсем седой, хотя ещё не старый. Он рассуждал про вирусы и баги, любил попеть, но глупо без гитары. А может, без гитары он стеснялся и забывал слова любимых песен.
Пищал комар, мариновалось мясо в какой-то совершенно адской смеси.
Другой — прямой, красивый, загорелый, в бандане и с пацификом на майке. Сидел, из тонких веток делал стрелы. Так…
… показать весь текст …