Султанова

Мам, нам нужно серьезно поговорить!
Пап, тут такое дело:
Я большой —
Мне грянул четвертый год,
И я давно Вам сказать хотел:

Пока Вы рветесь работа-дом
Пока выясняете, зачем все-таки поженились —
Мы давно не ходим под стол пешком.
Мы понимаем больше,
Чем Вы там решили во взрослом мире.

Когда я не слушаюсь, плачу или кричу,
Когда не хочу уходить к себе и играть в игрушки —
… показать весь текст …

Никому не вручай себя: «Вот я, вот моя любовь — я открылся тебе, делай со мной, что хочешь». В этом нет силы — только слабость. А еще эгоизм и желание быстрого результата. Ты примешь любое мое решение? А я не хочу ничего за тебя решать. Я когда в метро захожу, и много свободных мест — я не могу сразу выбрать, куда мне сесть, и пока я, замешкавшись, соображаю — они все уже заняты, понимаешь? Я мало сплю, много курю и делаю глупости. Я до сих пор не решила, кем стану, когда я вырасту, а ты просишь…
… показать весь текст …

Боже, если надумаешь дать мне любви взаимной
Вместо моих соплей
И чужих страданий по мне безжалостных —
Пусть она будет скорая, бьющая точно в цель,
Доводящая до ожогов, до беспредела,
До долгих совместных лет.
И сильнее меня.
Сильнее меня, пожалуйста.

Бог придумал осень, чтобы научить нас обниматься.

Тех, кого любят, обезательно
ждёт рассвет.

Увези меня к морю — я здесь болею.
Негативы бесцветной осени царапают мне сетчатку.
То, что не застревает между ресниц —
Безостановочно падает на брусчатку,

Разбиваясь на тысячи мимолетных встреч:
Не случившихся, долгожданных, мучительных, переспелых.
Кто виноват, что из нас двоих
Не нашлось нам смелых?

Здесь невозможно ходить и жить —
Тени твои роятся в каждой возможной клетке:
Мозга, грудной, лестничной, даже птичьей.
Я ухожу. Ты возвращаешь. Я ухожу.
… показать весь текст …

Все, кого ты упускаешь, проходят мимо в одно касание. Не на расстоянии вытянутой руки, когда ты увлечен, но пока не сохраняешь в себе деталей, или видишь и чувствуешь, но еще не нуждаешься, еще умеешь обходиться без этого человека. Таков закон. Ты должен прочувствовать, обрести и тут же упустить из раскрытой ладони, пропитаться иллюзией, что вот еще секунда, и ты сможешь оставить этого человека себе — он твой, и ему не хочется убегать. Ты оглядываешься лишь на секунду — видят ли они все, как ты …
… показать весь текст …

Драматизируй:
Вот я намеренно от тебя ушла,
Вот моим встречам с ним нет времени и числа,
Вот я ложусь на чужие простыни,
Чуть матовые от темноты,
И забываю твои черты.

Драматизируй:
Все это похоть, прихоть и приворот.
Чертово колесо завертелось наоборот
Вокруг нашей любви, потерявшей ось.
Я обзвонила морги:
Только убитые. Раненых не нашлось.
… показать весь текст …

Он такой, мама, улыбается, будто сеет:
Зернышки рассыпаются беззаботно, тонкие стебли мгновенно всходят,
Девочки-колокольчики, едва прорастая, льнут.

От его спелых глаз, мам, низ живота немеет:
Дрожь облекает, липкая вязь ожиданьем под кожей бродит,
Осторожность ломается предвкушеньем, одежды жмут.

Пропадаю, влажными снами таю, щенячьим восторгом тлею:
Страсть меня на цепочке водит, колени сводит —
Цепенею, завидев, как пряник сменяет кнут.

Он такой один, понимаешь, мам? Все мои клетки млеют —
Он нашел, где болит. Он чинит. Он снова меня заводит,
… показать весь текст …

Знала ли ты, подбирая к нему ключи,
раскрывая глубоким вдохом стальную грудную клетку,
что онажды он отшатнется и замолчит —
односторонняя близость сродни погруженью в секту.

Знала ли ты, нацелив в него весну,
выбирая вот этот дверной замок, его жителя:
Если толком не чуешь, зачем —
не суйся в дом.
Или спи, не снимая с себя глушителя.
Ты ведь выстрелишь.
И отсчет пошел.

За губами смешливыми блажь разевает брешь:
И руками не тронь, и с ладоней ее не ешь.
Она носит стальную брошь и прохладный беж,
а глаза порождают дрожь, а глаза призывают: режь.

Веки — холод, язык — предрассветный стон.
Болен молод, болен и искушен —
Всяк ее почитатель одинаково ей смешон,
Но как глянет из-под — и будто бы воскрешен.

За глухими воротами дом сберегает дам:
Тонкой кости надлом, безутешность амурных драм —
Она носит под сердцем ком, она входит в безлюдный Храм,
И отчаянье платьем в пол истекает к худым ногам:
… показать весь текст …

Очень часто у нас есть все, чтобы двигаться дальше.
А мы не видим дороги.
Смысл в самом пути.
Просто иди.
С легкостью оставляя привычные средства передвижения.
Новыми для тебя шагами.

А надо бы просто жить —
часто дышать, иметь поклонников,
прямо, налево, но не назад спешить
к дверным косякам и пустым подоконникам.

А надо бы просто хотеть —
себя и других, в постелях, на представлениях.
Первым, третьим, вторым гореть
и радостно плавать в этих нововведениях.

А надо бы просто не тлеть —
песни, театры, мокрые простыни.
Липкость желаний на кончиках пальцев вертеть
И только светлое углядеть, щурясь как будто сослепу.
… показать весь текст …

Игра закончилась.
Самодовольной кошкой
Ты держишь мышь на расстоянии руки.
Свобода отступает понемножку,
Ноябрь просит фальши и тоски.
А ты. А что, а ты? И кошка может сдаться.
И кто бы что ни говорил — себе не лги:
Не хочется сбежать или расстаться.
Ты наконец-то счастлива в любви.

У любви нет достойных эквивалентов. Деньги, страсть, игра, комфорт, соответствие чужим надеждам и ожиданиям — явления временные. Любовь тоже временна, но у нее нет достойных эквивалентов.

Я хочу тебе счастья, но чтобы ты помнил,
что со мной тебе было б лучше.

Страх и неудачи неизбежны.
Единственное, что отличает абсолютный успех от абсолютной неудачи, - то что вы делаете в момент провала.

Главное — не оставляй следов: уноси с собой запахи, не помни татуировки. Вожделение пожирает кровавой пастью всех, кто хочет чужое, но струсил и не готов. Наиболее смелым — прокусывает запястья: распиная на простыни, превращая в огромный голодный холст, кисть мучительно ожидающий. Ты еще не вЕдом, но так ведОм, до конца последствий не осознавший, но твердо знающий: ты оставил собаку, семью и дом, чтоб вкусить всевозможных оттенков желанной краски, затекать ей в зрачки, ощущая, как густо и медленно льется масло, и понять, наконец, что все в вас обречено.
До нее остается 21 закат. И более ничего.