вестник

Ближайшие из современных родичей человека: орангутан, горилла и два подвида шимпанзе. Ну и в компанию мы попали! Одни хари, ни одного приличного родственника. А ведь есть среди приматов очень даже милые зверьки. Да вот беда: это всё самые отдалённые наши родственники.

Главные черты России — презрение к закону, полное бесправие одних, неограниченный произвол других и глубокое взаимное удовлетворение этим гармоничным состоянием.

Десять пальцев пианиста — это уникальный оркестр, где исполнителей не выбирают; их нельзя выгнать, уволить, их можно только воспитывать.

Нам, людям, свойственно почти непреодолимо верить в то, что мы имеем какое-то особое отношение ко Вселенной, что человеческая жизнь — это не просто более или менее фарсовый результат цепочки случайностей, уходящих корнями в первые три минуты, а что мы каким-то образом были встроены с самого начала. Очень трудно понять, что всё это — всего лишь крошечная часть чрезвычайно враждебной Вселенной. Ещё труднее осознать, что нынешняя Вселенная произошла из невыразимо незнакомого раннего состояния и столкнулась с будущим исчезновением бесконечного холода или невыносимой жары. Чем более понятна Вселенная, тем больше она кажется бессмысленной.

Слова, которыми я пользуюсь, — английские; среда, о которой я пишу, — американская; но душа, которая заставляет меня писать, — армянская.

Евтушенко очень ориентирован на современность, а Бродский — на вечность. Какая стратегия выигрышнее — я не могу сказать, потому что иногда современность живее. Иногда заблуждающийся, пристрастный, многословный, неловкий Евтушенко кажется мне живее и понятнее Бродского. Говорить, что у Евтушенко гораздо больше плохих стихов? Ну, это очевидно, что их много. Если бы у Евтушенко собрать сборник, который состоял бы из лучших текстов, это был бы очень сильный сборник. А если бы от Евтушенко осталось только четыре строчки:

Сосед учёный Галилея
был Галилея не глупее.
Он знал, что вертится земля,
но у него была семья.

Вот если бы остались только эти четыре строчки, Евтушенко вошёл бы в мировую историю как гений. Ну, ничего поделаешь.

Можно изобразить зло в музыке, но невозможно написать злую музыку.

Если званый ужин не клеится и вы заметили, что гости стали украдкой поглядывать на часы, предложите им ответить на следующий вопрос: если бы у них была возможность безнаказанно убить какого-нибудь одного человека, то кто бы это был? Через некоторое время вы обнаружите, что алкоголь выпит без остатка, за окном уже вовсю поют птицы, но яростный спор за столом всё ещё продолжается.

Корабль прежде всего силён людьми, а потом уже пушками.

Я пахал землю, косил траву, помогал родиться телёнку, прививал дерево — чтобы всего не перечислять, скажу сразу: если бы повторилась легенда с потопом, я, как Ной, смог бы возродить на земле большую земледельческую и скотоводческую культуру, и за это я благодарен тем пятнадцати годам, что провёл в селе. И если бы что случилось с памятью человечества, я смог бы по образу и подобию своих односельчан, по их тогдашнему образу жизни слепить наново кодекс человеческой нравственности.