«Я тебе открою, что думают женщины. Все не так плохо и не так хорошо, как это кажется. И нет ничего окончательного.»

«- Вы не похожи на человека, опьяняющего себя мечтой, — сказала Кэт.
— Можно опьяняться и правдой. Это еще опаснее.»

Раскаяние — самая бесполезная вещь на свете. Вернуть ничего нельзя. Ничего нельзя исправить. Иначе все мы были бы святыми. Жизнь не имела в виду сделать нас совершенными. Тому, кто совершенен, место в музее…

Женщина, которую пожелал другой мужчина… тут же становится нам дороже. Уж так водится, что на человека гораздо больше влияют относительные ценности, чем абсолютные.

Эрих Мария Ремарк, «Черный обелиск»

-Ты действительно хочешь иметь на все ответы?
-Конечно, не хочу. Иначе о чем бы мы тогда говорили?

— Вы улыбаетесь, — сказал он, — И вы так спокойны? Почему вы не кричите?
— Я кричу, — возразил Гребер, — только вы не слышите.

Почему вы рассуждаете о жизни вместо того, чтобы ощущать ее?

Но Он /Господь/ для них слишком опасный. Он не похож на них. Он самый опасный из всех — Он самый добрый.

Дешево только то, что носишь без чувства уверенности.

Никогда не ищи сложных путей там, где есть простая дорога

«- Ты счастлива?
— А что такое счастье?
— Ты права. Кто знает, что это такое? Может быть, держаться над пропастью.»

Разве можно что-нибудь объяснить,
когда не смотришь друг другу в глаза…

Только мелочи объясняют все, значительные поступки ничего не объясняют. В них слишком много от мелодрамы, от искушения солгать.

Самая тяжелая болезнь на свете, это привычка думать. Она не излечима.

…у древних были боги вина и веселья — Вакх и Дионис. А у нас вместо них — Фрейд, комплекс неполноценности и психоанализ, боязнь громких слов в любви и склонность к громким словам в политике.

Разум дан человеку, чтобы он понял: жить одним разумом нельзя. Люди живут чувствами, а, для чувств безразлично, кто прав

— Я так счастлива, — сказала она.
Я стоял и смотрел на нее. Она сказала только три слова. Но никогда еще я не слыхал, чтобы их так произносили. Я знал женщин, но встречи с ними всегда были мимолетными, — какие-то приключения, иногда яркие часы, одинокий вечер, бегство от самого себя, от отчаяния, от пустоты. Да я и не искал ничего другого; ведь я знал, что нельзя полагаться ни на что, только на самого себя и в лучшем случае на товарища. И вдруг я увидел, что значу что-то для другого человека и что он счастлив только оттого, что я рядом с ним. Такие слова сами по себе звучат очень просто, но когда вдумаешься в них, начинаешь понимать, как все это бесконечно важно. Это может поднять бурю в душе человека и совершенно преобразить его. Это любовь и все-таки нечто другое. Что-то такое, ради чего стоит жить.