Заварила чай в той чашке, что помнит больше, чем я. Трещины на её краях — не раны, а шрамы времени. Если глина хранит тепло, значит, и мы не остынем. Пью из прошлого и верю в своё «новое».
Она не разбилась, хотя могла. Я, ты, да-да, именно ты, тоже не разобьёмся. Просто налей чай, поднеси пар к лицу и скажи себе: «Она всё ещё держится. Значит, и я тоже смогу». И шлёпай дальше в свою жизнь, все мы тут такие. Немного подлатаны и побиты, но всё ещё искримся жизнью!
© Амалия Сирин Исраилова 451
