Когда метель кричит, как зверь —
Протяжно и сердито,
Не запирайте вашу дверь,
Пусть будет дверь открыта.
И если ляжет дальний путь
Нелегкий путь, представьте,
Дверь не забудьте распахнуть,
Открытой дверь оставьте.
И, уходя в ночной тиши,
Без лишних слов решайте:
Огонь сосны с огнем души
В печи перемешайте.
Пусть будет теплою стена
И мягкою — скамейка…
Ты сшей одежду для души, ведь ей неловко…
Её знакомые давно форсят в обновках,
На ком-то шаль из равнодушия с камнями,
На ком-то злоба и двуличие с шипами.
А кто-то платье сшил вечернее из лести,
Кому-то нравится носить наряд из мести,
А ты одета в простоту и состраданье…
Они не в моде и остались без вниманья…
Ты в детстве платье из доверия любила.
Твоя душа его с годами износила,
Оно теперь трещит по швам и стало тесно…
Но зло и зависть для души не интересны…
Давай о хорошем. Ты любишь мультфильмы?
Ватрушки? Ходить босиком?
Валяться в сугробах? Звонить на мобильный
«Целую» шепнуть перед сном?
А реку, а звезды? А катер летящий
И пенный бурун за бортом?
А клочья тумана? А ягоды в чаще?
И чтоб заблудиться потом?
Охоту на уток? Ходить за грибами?
И щуку ловить в камышах?
Давай о хорошем. О лучшем. О самых
Простых и понятных вещах.
Про утренний кофе и дым сигареты
(Да, вредно, но так зашибись!).
Сказочное…
Мне сегодня немного надо — просто сердце в твоей ладони,
Я повешу его на гвоздик отбивать по ночам минуты.
Каждый раз, уходя из дома, ты становишься посторонним —
Невесомой безликой тенью, саркастичной улыбкой будды.
Коньяком согреваю вечер, посыпая лимоны грустью,
Послевкусие горькой пленкой покрывает язык и нёбо.
Телефонных звонков отмычки тишину мне ломают — пусть их!
Я придумала злую сказку, где мы счастливы были оба.
Там волшебники и драконы корку неба разносят в клочья,
А герои, в крови по горло, ковыряют чужие раны —
Просто жизнь. Я уже решила — хэппи энда не будет… впрочем,
Доктора снова спишут хандру на стресс,
и заверят, что это у всех проходит.
Время ставить диагнозы и компресс,
покупать на последние плащ и зонтик,
витамины, драже, аспирин упса
(«все пройдет, пациентка».
Конечно, жду ли…
и плевать, что я кончилась день назад,
а запас адеквата — еще в июле.
Но беру свой рецепт, выдыхаю «блин»,
и послушно бреду, как в бреду, в аптеку:
Добрый вечер, продайте хороший яд и лекарство от нужного человека,
потому что он слишком болит и жжет,
потому что зависимость больше дозы,
Не жалею, не зову, не плачу…
Не курю, не пью, не матерюсь…
Не коплю на чёрный день, не трачу,
Не переедаю, не колюсь.
Не врубаюсь и не вырубаюсь,
Не вступаю и не состою…
Не храплю, в порнухе не снимаюсь,
Не ишачу и не устаю…
Не жалею и не сожалею,
Не хитрей других и не глупей…
Не хочу того, что не имею,
Не имею тех кто поумней.
Не грущу, в друзья не набиваюсь,
Не любовница пока и не жена…
Раненое сердце — маленькая дверка,
Маленькая дверка, ключик золотой.
Каждая обида — страшная проверка.
Страшная проверка с указаньем «стой».
Стой! Не прислоняться! Не прощать! Не верить!
Не впускать! Не плакать! Осторожно! Стой.
Ключик под замочек. На запоры двери.
Раненое сердце в комнатке пустой.
В комнатке где книжка, чашечка и глобус.
Просто остановка. Нечего глазеть.
Потому что. Сердце — это не автобус.
Остановка сердца.
А жизнь вот она. шуршит листвой под ногами,
А я за ней все убегала в дали.
А я искала ключи от счастья и разные смыслы,
А жизнь вот она. в небе радуги коромысло.
А жизнь из миллионов сейчас соткана,
Она то, что нашлось и то, что отнято.
Она в каждом «да» и «нет» спрятана,
И ничего не имеет общего с «датами»
Она и в марте, и в августе.
Замечайте, люди, ее пожалуйста.
И любите в сегодняшнем времени.
Сузьте претензий и жалоб к ней перечни.
Она проста и бесхитростна.
Жизнь та же служба доставки — пр…