Юрий Тубольцев

Если борьба противоположностей превращается в борьбу без правил, то о единстве противоположностей не может и быть речи.

Демократия — это когда в спор вмешиваются попугаи.

— Я тебя лю!
— Любишь или лю?
— Лю!
— И это ты всех так лю?
— Кого лю, а кого и не лю!
— А кого-нибудь любишь?
— Да ты что? На дворе 23-й век! Уже давно никто никого не любит! Ты что, от жизни отстал! Все только лю!
— Ааааааа! Как? 23-й век? А я из 21-го века! Ты ошибся собеседником! Иди отсюда со своим «лю»!
— Люлюкать не то время, капитализм рулит, лю, лю готовь деньгу! — сказал появившийся вдруг Маркс.
— А у Вас, значит, 19-й век, господин Карл? А у того был 23-й! Ха-ха-ха!
И тут на небе появилась табличка:
Извините, в машине времени произошла ошибка! Сейчас всех отправим в свои времена.
— Опять машина времени барахлит! — послышался голос прохожего.
— Тихо! Санитары идут! — промяукал ученый кот.
… показать весь текст …

Быль — это боль, а фантазия — слабое обезболивающее.

Солнце — это разгневанный кетчуп.

Человек — это калькулятор, попавший в невычислимость.

Как только камень начинает думать, он превращается в гниль.

Мосты культуры не сжечь.

Пробел уравновешивает осмысленность слова случайностью.

Человек — боль мира, обезьяна — обезболивающее.