говоришь: помолчи…
и я буду молчать как рыба, плавниками сучить и на жабры мотать печаль, проплывая в соленой воде у твоих карибов…
…буду просто молчать…

говоришь: оторви!
только сшита суровой нитью моя тонкая кожа с каемкой твоей души… оторву…может быть… но не знаю, как буду жить я…
…эту брешь не зашить…

говоришь: позабудь…
позабуду…
ну что мне стоит отпустить твое имя с последней своей строкой?
и пусть поле её, одинокое и пустое,
зарастает тоской…

мне уже хорошо… и не холодно, и не жарко.
согреваюсь теплом подсохшей жилетки-мая.
я спокойна вполне, не жду от судьбы подарка,
но, признаться, его не очень-то и ждала я…

отцветает сирень.
на грядках растет капуста.
все короче теперь бессонных ночей тесемки…
правда, мне уже лучше.
лишь только немного грустно…
будто что-то стекает в обыденности воронку…

да крошится душа… а была ведь такой упругой…
я с дорожек сметаю остатки цветков от вишни…
… показать весь текст …

Утро играет стаккато кофейными чашками. Чайник свистит полицейским с разбуженной улицы. Хлеб с ветчиной. Занавески белеют ромашками…
Кто-то проходит на кухню и Ею любуется.
Прикосновенья становятся рваными ранами… Мысли размыты, движенья давно обесточены…
Ей не дано выбирать между прочими равными. Все же в сравнении с Ним стали равными прочими…
Но в совершенстве владеет Она ситуацией: выскользнет вмиг из объятий ужом неприкаянным. Стоит лишь только одной в своих мыслях остаться Ей, как обес…
… показать весь текст …

Холод в отношениях? Это когда Он говорит: «Люблю», а Она хранит это слово у сердца… чтобы не растаяло.

Черным тугим узелком,
перетянутым красной жилой,
в моем теле скрывалась боль-
становилась во мне старожилом,
становилась во мне старовером,
становилась во мне самым ценным
сокровенным, сакральным, цельным…
Была близкой мне боль сестрицей-
разделяла все тайные радости,
и, желая тобой насладиться,
ядной жалила сердце сладостью.

Ты знаешь, как сходят с ума, утопая, в тоске, когда на изломе душа, и ни капли надежды, когда над тобою смеются глупцы и невежды. И боль разделить бы, но только неведомо с кем? Что можешь ты знать о бессонных безликих ночах, что между собой, до безумья, мучительно схожи, когда на коленях ты молишь: «Дай силы мне, Боже!» А в горло вцепился нежданно-негаданно страх. Тебе не услышать, как сердце трепещет в груди и бьется о ребра измученной раненной птицей. Такое тебе и в кошмаре ночном не приснится. И нет больше солнца, стеною дожди и дожди. Ты в сытости жизни своей никогда не поймешь ни цену слезам, ни печальную горечь разлуки. Ты к боли моей прикоснулся, но сразу же руки отдернул, как будто бы та — раскалившийся нож.

Не надо тебе ничего понимать, милый мой! Живи, как живешь, Бог прощает любые обиды. Слова не нужны. Все банально, нелепо, избито. Сгорело дотла и осыпалось серой золой.

…и я бегу… бегу в эту спасительную тоску по тебе, потому что там всё знакомо…

Да, извини, я сегодня сижу без света. Кончился как-то разом, и все, гуд бай. Бог позвонил — мы встречаемся этим летом. Хочешь застать меня — в августе приезжай. Ладно, мы оба в будущее не верим. Как утверждают — творческий взгляд на мир. Все отнимает поиск зеленой двери, смысла, абсента, безумия и взаймы. Свет не включают. Это конец, пожалуй. Грустная сказка, затянутая петля…
Ты не узнаешь, как я к тебе бежала.
Как я просила, господи, унижалась,
Как я… Прости. Я все-таки не сдержалась. Трудно держаться в границах небытия. Ты принимай меня — только не слишком часто, капель по восемь, вечером, натощак. И навести меня. Двадцать седьмой участок, за поворотом… Впрочем, не навещай.

— Стой! — зашипел кот.
Я замерла, не успев войти в квартиру.
— Попрыгай!
— Зачем? — я попыталась поставить сумки, но путь перегородил пёс.
— С ними прыгай, — насупился он.
Я растерялась и подпрыгнула.
— Вот теперь стряхнула. Заходи, — разрешил кот. — И ноги вытри получше! Нахваталась скверных настроений — и домой тащишь. Ну как маленькая!

***
— В этом халатике так уютно… — разнежилась я.
— Неудивительно, — фыркнул кот. — На нём наговор притягательности.
— Как это?
— Он тебя к себе пр…
… показать весь текст …

Я пишу тебе, я пишу тебе, я пишу…
Замерзаю и понимаю, что не дышу,
Тороплюсь, продираясь сквозь белый противный шум,
А потом вспоминаю, что в общем-то не спешу,
Я пишу тебе, я пишу тебе, я… Прошу,
Не пиши мне в ответ, даже если. А впрочем, нет,
Напиши, напиши — через десять, к примеру, лет,
Через двадцать, забыв, что остынет опять обед,
На бумагу роняя пепел от сигарет…
Я пишу тебе, я пишу тебе, жду ответ.
Я пишу тебе, я пишу тебе, я — смотри! -
Открываю тебе окошки в своё внутри,
Открываю теб…
… показать весь текст …