Узнать человека легко, достаточно насладиться радостной новостью и посмотреть ему в глаза…

Вера в свои заблуждения прочнее желания заметить свою ошибку.

… А потом ты касаешься струн души,
И во мне прорастает чужой мотив,
Замираю от страха /очнись, дыши!/
Ты спокоен, настойчив и терпелив.
Приближаешься медленно, по шажку,
И не рушишь с наскока моих границ,
Но ты ближе и ближе уже к флажку,
За которым спасенье — паденье ниц.
Я могу возвести ещё сотни стен,
Одурачить тебя и наслать дурман.
На подкорке — мне сладостен этот плен,
Я снимаю доспехи, любовь — капкан.

называй меня октябрём.
тем, которого лучше не злить — онрё,
тем, что сросся с глубинной тоской и о ней поёт,
непременно таким, как гигант-повелитель йорм:
переполненным мощью, таранящим сквозь щиты;
сколько ни наполняешь огнём — остаюсь пустым

называй меня октябрём:
рядом очень легко простыть

настроение переменчиво — сломан штифт,
потому что внутри рагнарёк, а снаружи штиль —
гармонично-шикарны вдвоём, как мечи-дуалы
танцовщицы, чьи корни уходят под иритилл;
… показать весь текст …

— Мне сказали, что вы нехороший человек.
— Да, это правда.
— А почему вы не уточняете, кто?
— Потому что непременно начну поливать грязью этих людей, обесценивая своё эго.

Некоторым по плечу то,
что другим не по карману,
а многим просто пофигу.

Высоко поднятая голова — это не взгляд с высока, это неспособность человека на низкое!

Одни и те же слова, бывают либо безупречными, либо бесчестными, в зависимости от того говорит ли человек правду, или лицемерит.

Не пренебрегай мгновениями, ведь ты не знаешь, что тебя ждёт впереди.

Внезапно настигает немота,
И хочешь, да не вымолвить и звука,
На дне души гнездится маета,
Молчанье муз — немыслимая мука.
Воспеть бы мне вчерашнюю метель,
Но слов не нахожу от огорченья.
Весне к лицу цветенье и капель,
А холод вызывает сожаленье.
В тиши ночной чуть слышен разговор —
Шептанье, бормотанье или эхо?
Ловлю его украдкой, словно вор,
А музы заливаются от смеха…