Мне хочется тебя своим назвать за то, что ты им никогда не будешь…

Я столько лет тебя искала
Среди безмолвия ночей.
Я так мучительно устала
От встреч ненужных и речей.
Я так мучительно устала
От всех советов и идей,
Я столько книг перечитала,
Я стольких видела людей.
Я так мучительно устала
И слушать их, и отвечать…
Я столько лет тебя искала,
Чтобы немного помолчать…

Знаешь, если честно, я так устала быть одной, мне так хочется, чтобы меня остановил достойный мужчина, взял за руку и твердо сказал: «Я хочу, чтобы ты осталась». И чтобы я захотела остаться, чтобы я не смогла уйти!

Беспризорный солнечный зайчик
Улыбнется тебе игриво
И неловко напишет лапкой:
«Попытайся быть ты счастливой!»…
Ты не внемлешь ему с тоскою
И не сможешь в ответ улыбнуться,
Только горько взмахнешь рукою,
Умоляя его вернуться.
Он обнимет тебя рано утром,
Поцелует, лаская, щечку
И заслепит глаза весною,
На печали поставит точку.
Этот зайчик тебе напишет
На стене своей крошечной лапкой:
… показать весь текст …

1) У каждого свои слабости. Кто курит, кто собирает игрушечных пингвинов. Если вы промолчите про мои, я не проболтаюсь про ваши.

2) «Да» — легкая ложь, простая, всего из одного слова.

3) Плакать — дьявольски нечестный аргумент в споре. Как только кто-то начинает плакать, больше разговаривать уже не возможно. Хочется только одного — чтобы этот кто-то перестал реветь, а ты перестала себя чувствовать самым мерзким негодяем в мире. Все что угодно, только не это.

4) Нет ничего более зовущего, чем красивый мужчина, который не уверен в себе.

5) Он всегда был засранцем, но сейчас он был засранцем нежитью. А это для меня было новой категорией.

6) — Что это? — спросил Эдуард.
— Сарай смотрителей. Или ты думал, что трава сама себя косит?
— Я вообще об этом не думал, — сказал он.
-------------------------
… показать весь текст …

✔ Вся наша жизнь как лотерея спортлото…
Ждёшь принца на коне, приходит — конь в пальто!
© zulnora

Да, такая. На боль отвечаю болью. На удары — ударом такой же силы. Вы же сами! Я вовсе вас не просила мою бедную душу присыпать солью.

Там и так слишком много всего, что между, что навеки останется тонким шрамом, что болит еще, спрятано под одеждой из улыбок и смеха до сотой грамма. Что все также ночами щекочет нервы, не давая уснуть до рассветной пыли…
Вы считаете прав — кто ударит первый? Ради смеха, забавы, потехи? Или вам так нравится видеть в зрачках застывший отголосок того, что забыть пора бы? А потом уговаривать: «Тише, тише… Все мы, люди, по сути, излишне слабы…»

Так чего ж вы кривитесь в ответ на сдачу? На такую же горстку злосчастной соли? Вы надеялись все расскажу, заплачу? Нет, простите. Попробуйте той же боли.

Все будет не так, как мы решим. Все будет тогда, когда мы решимся.