Nonstop

Я потеряюсь вновь в твоей пустыне…
Сплетая нить извилистой судьбы
Скрывая взглядом, неприступность линий
Сопротивляясь страху высоты…
Как по мосту спускаюсь к теплой шее…
На ощупь… осторожно… не спугнуть …
Где родинок, непуганные звери …
Ласкаются, по имени зовут.
Я соблазняю нежность… тонкой венки,
Так откровенно рвущейся к губам — Пронзительно…
Холодные коленки…
А жаркий пот струиться по бокам …
Я обойду препятствия руками…
В горячем споре припаду к соску …
… показать весь текст …

За что мне всё это? За что? За что мне?
За что я, которую жизнь подряд;
Дышу за двоих, выживая в шторме,
Срывая стоп-краны и якоря.

За что ты так любишь меня? За что ты?
За что ты так больно? За что вот так?
Зачем, наблюдая твои полеты,
Я первой беру рубежи Христа?

За что тебе это? За что? За что же?
За что эти трапы и корабли?
За что без тебя этот мир ничтожен? -
За то, что с тобой этот мир велик.

Так все, кто странствовал, ищут дно,
слагают время, хранят страницы.

Мы так боимся остаться сном, войти в реальность и заблудиться.
Мы так стремимся оставить след, иметь гарантии нам по силам.
И кольца многих разлук и лет ложатся в мягкую древесину
всех наших душ и усталых тел, а мы опять всё смыкаем в кольца.
Мы, выбирая в себе не тех, чьей волей замкнутость разомкнется,
опять шагаем все в тот же брод — быть несвободными от свободы.

Давай все заново — вот ребро.
Зачем его ты однажды отдал?

Не потому ли, что страшно знать, как каждый созданный одиночен?
… показать весь текст …

Кто тебе зашивает дыры
За спиной, где мой взгляд приклеен?
Я тебя отпускаю — с миром.
Улыбайся моим аллеям…
Улыбайся моей бумаге — ей так просто привыкнуть к роли!
Вот вчера — я как будто маг, да? Ты — мой белый из шляпы кролик…
Наколдуй на чужой ладошке, — где случаются встречи с чудом.
Забывай меня… я не кошка… Я твоей никогда не буду…
Всё, как всклоченное пространство — в лузу шар, чтобы треск и полночь!
К тишине твоей — не придраться!
Почему я скучаю, сволочь?..

Ночь роднее и ближе к векам…
… показать весь текст …

Седьмая весна пьянит. Немного саднят коленки,
Но к речке не запретит ни мама, ни сатана.
Вот — ступни в пушистый ил. Вот — речки молочной пенки
И так незаметны три последние полчаса.
Вот — мама ведет домой, от взгляда ее — мурашки.
(Сбежать бы сейчас в Канзас, ну, или, хотя бы, в Лух)
И сделаться там чужой и маме ненужной даже
(но только совсем чуть — чуть, не больше пяти минут)

Тридцатая осень — дым, в груди неуемный гул,
Вот мама у окон ждет. Вот речка — песок сухой.
Мы выросли, как могли — кто спился, кто утонул.
И так потерялись, что никто не придет домой.

Каплю за каплей — я выпью тебя, Мари.
Выжму все соки и мякоть верну ножу
Не говори со мной, слышишь, не говори.
Ты же не ведаешь — что у тебя внутри
Грозди рубинов, которые я слижу.
Все до последнего.
Каждый рубин во мне
Все, кто любил тебя, будут гореть в огне
Голос мой нежен — убитый алко металл.
Я торопился. Но кажется — опоздал.
Поезд ложился на рельсы. Маршрутом в рай
Я выдыхал твоё имя, срывал стоп-кран
Это похоже на бегство. Любовь-игра
В чёртову бездну из серых трущоб петра
… показать весь текст …

Твой…
И бывший и изначальный…
Твой…
Непростительный и который…
От избитых до смерти подушек ночами,
До раскопанной утренней шторы.

Твой…
Без конца и особых остатков…
Твой…
Дай бог каждому и не дай бог ведь,
Со сплошными теперь недостатками,
И ошибок смешных головными уборами.
… показать весь текст …

— А что лучше сеять — семена или камни? — задумчиво поинтересовалось Зло.
…и тут ощерилось Добро. Подобралось, сгруппировалось, скрежетнуло полуметровыми клыками и мееедленно ведя семью трехдюймовыми когтями по старой побелке двинулось на:
— Эттто что ещё за детские вопросы?!

***
— Маёё! — обижено сказало Добро, жадно загребая когтистой лапкой. — Это, то, и вот этого ещё заверните.
— Куда тебе столько? — удивилось Зло. — Совесть имей!
— И совесть поимею тоже, — согласилось Добро.

***
— А это я…
… показать весь текст …

Столько всего вокруг,
столько всего во мне.

Нежности не берут те, кто других важней.
Нежности не хотят — отдергивают ладонь.
Всего-то один пустяк — не оставляй следов.
Не оставляй ключей, времени, цепких слов.
Снова иди ничей, ничьим не родясь теплом.
Ничьих не касаясь рук. Ни в чьем не сбываясь дне.

Столько других вокруг.
А нужного рядом — нет.

Я отрицаю все, что было мной, ещё вчера казавшееся важным -песочным замком, парусом бумажным, водой и ветром, призрачной стеной. Нас не было- в моих черновиках не сохранилось писем и рисунков. Нас не было, идут вторые сутки безвременья, застывшего в веках. Свободы нет, как нет и темноты, что отменила это заточенье. Когда пришла пора менять теченье, достаточно движения воды. Не помню лиц, не знаю, не зову, определяя по координатам ту женщину, которой я когда-то самой себе казалась наяву.