Nonstop

Я тебя никогда не забуду,
С этим я никогда не смогу,
Из неубранной неба посуды,
Я опять голодаю звезду.

Из окна, что от ночи проснулось,
Я опять надышусь темноты,
Из промокших нечаянно улиц,
Мне на встречу всегда идём мы.

В каждом взгляде, что я обворую,
Из каких-то сплошных мелочей,
Из того чем погода обычно рискует,
В каждой ноте той связки ключей.
… показать весь текст …

Где заканчивается смелость и начинается безрассудство? Я стою под огнём, и дни сквозь меня несутся, мчатся неудержимо, свистят, как пули. Мы думали, что нужны, но — нас обманули. Это выдумка, полумера-родство и братство. Где заканчивается вера и начинается святотатство? Судья никого не казнит, и палач не судит. В поле один не воин- других не будет. Познавший огонь и ветер, идет сквозь воду. Где мы побеждаем страх и берем свободу? Обетованная даль да земля святая.

Где мы все это действительно об…
… показать весь текст …

Дети уходят из города
к чертовой матери.
Дети уходят из города каждый март.
Бросив дома с компьютерами, кроватями,
в ранцы закинув Диккенсов и Дюма. © Дана Сидерос

Уводи нас, гамельнский крысолов,
ты же видишь — некого тут прощать.
Наших юных, светлых, лихих голов
не покроешь затхлостью их плаща.
Нас хотели сделать совсем как все,
нас скроить хотели подобным им,
но уж лучше нам на крестах висеть,
но уж лучше нюхать пожарищ дым,
… показать весь текст …

Он никого не любил. И его никто не любил. У него было всё и небыло ничего.
Он мог купить самолёт, вертолёт, яхту и чувствовать себя почти счастливым.
Но у него уже был и самолёт и вертолёт и яхта, но счастливым он себя не чувствовал.
Говорят дети когда растут, летают во сне. Не помнил он снов. Никаких. Тем более тех, в которых летал. Наверное не летал. Или небыло снов.
Он мог держать диких зверей в клетках. Просто так, теша себя тем, что кого-то может запереть, а они его нет. Звери тускнели и ум…
… показать весь текст …

Он простит нас, с такими распахнутыми сердцами,
словно бездны осенних колодцев в дневную стынь.

Каждый новый над этим колодцем звездой мерцает, но срывается вниз, не спасая от пустоты.
Он простит меня, словонаемника и калеку, никогда не умевшего вовремя разделить,
не способного не сажать себя снова в клетку своих собственных чувств и не знающего молитв.

Проходи стороной, не смотри в эту тишь колодца. Я молю о прощении, я без него устал.

Не гляди, ведь в него когда-то смотрело солнце,
а теперь вместо света на дне его — пустота.

Сопровождая шаги слезами,
Город споткнулся о нас и замер.
Словно, глотая дожди столицы.
Лиц, что меня заставляют злиться —
Мелочно, глупо… Твоих закланий
Не ощутить. Сквозь огонь и пламень
Выживут строки мои и рифмы.
Город, в котором поговорим мы,
Через бумагу, чей запах ветхий
Бьёт по щекам, будто ива ветки
Осенью дерзкой, как шторм разлуки,
Нам обрывает построчно руки.

Мы не случимся, моё светило.
… показать весь текст …

..и в этой затихающей черте,
прерывистой, как складки на знамёнах,
на груде из ещё живущих тел,
стоит, предназначеньем заклеймённый
«о, Рубикон воды твоей испить
и отпустить коней пастись в ночное,
не искушать надежность этих спин,
чтоб не со мною, только не со мною!..
Случись война, но где-нибудь не здесь,
и я бы рос полынью этих кочек,
травой могил, и нёс благую весть,
но ЭТОТ груз никто нести не хочет,
и я иду, иду мой Рубикон,
моя война, убитые и травы…
… показать весь текст …

Немое ощущение войны,
Когда рядами ставишь запятые.
Мы живы, но почти побеждены
Друг другом. Друг на друге. Это Ты, и Мои, всё пережившие, слова,
Слетающие с губ, как дождь с карниза.
Во имя слов я всё ещё жива,
А Ты на них побуквенно нанизан.
Мне снится ночь потусторонних флейт.
Мне снится город каменно одетый.
И Ты, в своём единственном числе,
За жизнь до самой пламенной вендетты.
Мои шаги, случайные, и тем
Острее коронованной печали.
Твой профиль, отделяющий от стен
… показать весь текст …

не о двух невоспетых руках: о пяти звонках. о семи, на постели оставленных, поцелуях.
так сплетается ночь тонким кружевом паука. так втекают века в бесконечное «аллилуйя».
не о времени года. о времени прошлых лун. не о том, что луна, одинокая и нагая,
говорит о бумаге, разорванной, на полу; о бесполой бумаге, которую мы сжигаем.
не о паре бокалов, не в этом вина вина. неповинная правда — бокал не составит пару.
не достигшие сути не ведают привкус дна. не нашедшие моря не рвут запятыми парус.
не о прошлых ошибках, исправленных и чужих. о срифмованной лжи, вызывающей гнев и зависть.
не об острых словах, — не вошедшие вглубь ножи, это хуже ошибок, способных себя исправить.
кто был прав? — эта сказка, как весь этот мир, — нова. обручальное платье, которое я носила, —
непосильная ноша. придуманные слова, — это те же полёты, которые мне под силу.

Все изменяется, если ты ищешь женщину —
в звериных чертах, за жесткостью, шерстью рыжею.

Когда ты желаешь любви ее — и не меньшего. Когда эта тяга способна вас обездвиживать
на доли секунд, чтобы падать потом в объятия, минуя запреты, почти не дыша, и требовать
не мира, не войн — их уже никогда не хватит вам — ее, целиком, как камлающий просит «неба мне!»
за миг перед ливнем, его различая в воздухе. Закинувший голову, руки расставив в стороны,
вбирать от нее всё — от дикой тоски до отдыха…
… показать весь текст …