Медленно рабы шли друг за другом, и каждый нёс отшлифованный камень. Четыре шеренги, длиной в полтора километра каждая, от камнетёсов до места, где началось строительство города-крепости, охраняли стражники. На десяток рабов полагался один вооружённый воин-стражник.
В стороне от идущих рабов, на вершине тринадцатиметровой рукотворной горы из отшлифованных камней, сидел Кратий — один из верховных жрецов; на протяжении четырёх месяцев, он молча наблюдал за происходящим. Его никто не отвлекал, ни…
… показать весь текст …

Ничто из того, что нас огорчает нельзя назвать «маленьким»:
согласно вечным законам пропорции, потеря куклы у ребенка
и короны у короля — события одинаковой величины.

ты на расстоянии руки,
я на расстоянии капкана.
я кольцо в агонии вулкана,
я лежу на дне твоей реки.

ты на расстоянии шагов
от двери до лета за порогом.
я назвал тебя однажды богом
в мире разуверенных богов.

ты на расстоянии звонка,
я на расстоянии ответа.
мы с тобой под статусами «где-то»,
в ворохе приветов и пока.
… показать весь текст …

какие дни, какая осень!
какое чудное местечко!
таких, как я, в помете восемь,
и нас несут в ведре до речки.

мы ничего не понимаем,
зачем нас с братьями на речку
от мамы, хрипнущей от лая,
в ведре уносят человечки.

когда ведро перевернули
у камышей под старой ивой,
один сказал: «не жалко, хуле!»
другой ответил: «справедливо!»
… показать весь текст …

За окнами сплошные тени,
А так хотелось на прогулку.
Есть макароны и пельмени,
Батон (для петербуржцев — булка).
А чо, какой там день недели?
Лицо в озлобленном оскале.
Суть этих строк (на самом деле)
Я написал по вертикали.

атеисты выдумали бога,
чтобы доказать, что бога нет.
бог придумал творчество Ван Гога,
чтобы оппонировать в ответ.
атеисты высмеяли бога,
а для бога всё — скучнейший квест.
лишь Ван Гог опешил от такого
и отрезал ухо, как протест.

а вдруг ты счастлив? просто бессимптомно.
и все вокруг бодры и веселы,
и в голове нет больше мыслей тёмных,
и от висков оторваны стволы,
и время не растает на ладони,
и вечность не отдаст под трибунал,
и я подумал, стоя на балконе:
а вдруг я счастлив? просто не догнал.

—Да! Яка семья, тако и солнышко!

На локтях у неё царапины,
на коленке большой синяк,
мамин нос и улыбка папина,
а в кармашке лежит пятак.
На пятак она купит шарики
(а не хватит -тогда один).
Мир — большущий, а шарик — маленький.
Поиграем, потом лети.

На запястье часы с браслетиком,
на ногах каблуки, цок-цок.
Впереди совершеннолетие,
называет запивкой сок.
В небо пустим всем классом шарики
… показать весь текст …

«Армяне не любят турок. Турки не любят греков.
Греки не любят албанцев, которые в свою очередь не любят сербов.
Сербы не любят боснийцев.
Шведы не любят финнов. Финны не любят эстонцев.
Эстонцы не любят русских, которых еще много кто не любит.

Монголы не любят китайцев. Китайцы не любят тибетцев. Тибетцам вообще по х// все.
Казахи не любят киргизов. Киргизы не любили бы индейцев дакота, если бы знали, кто это такие.
Евреи не любят арабов. Евреев же, как и русских много кто не любит.
Французы не любят никого. Собственно, их тоже никто не любит.
Немцы делают вид, что любят тех, кого раньше не любили.
Но в открытую не любят турок, которых не любят армяне.
Круг замкнулся.