Взлетают в небо дети птичьих стай.
Я был когда-то так же беззаботен.
Моя любовь умеет убивать.
Твоя — сжигать.
А значит, мы в расчете.
Взлетают в небо дети птичьих стай.
Я был когда-то так же беззаботен.
Моя любовь умеет убивать.
Твоя — сжигать.
А значит, мы в расчете.
Мы поём в переходах, нам двадцать, мы дразним смерть. Называем любовью похоть, чадим травой. Мы беснуемся так, что трясётся земная твердь. Мы не дружим ни с кем, а особенно с головой. От похмелья в затылке отбойные молотки, на измятой постели — следы безымянных тел. Мы до звона пустые, но думаем, что легки. Мы команда подонков и лузеров, шлюх и стерв.
Поделись сигаретой, достань из распухших губ. Ты такая смешная в позёрской своей тоске. Всё вокруг бесполезно и глупо, но все бегут к своей смер…
Нет ни правильных, ни простых, ни таких, что в пору.
Ни во что не верящие юнцы, прогуляли школу
и вихры покрасили в яркий цвет — киноварь и мяту.
Сигареты смятые не успев под матрасом спрятать.
Никакого дела до новостей, наплевать на войны,
улыбаться криво, пугать гостей и сбегать достойно.
Трек Нирваны в уши — сердитый крик взрослых заглушая,
уходить из дома, ведь мир велик, ведь Земля большая.
Позвонки щекочет сырой туман, ночь лежит у пирса,
на дворе холодный и снежный март, а мы в…
мне с детства нравятся крылья птиц, глаза похожие на стекло (когда ты смотришь в моря глазниц и все никак не отыщешь дно). мне нравятся голоса зверей и трещины на весеннем льду.
апрель швыряет меня за дверь. никем не видимый, я иду.
луна в созвездии Близнецов и небо кружится, как волчок. Динь-Динь бросает пыльцу в лицо, щекочет ветер поверхность щек. моя любовь за моей спиной, летит, крылом разрезая ночь. я с детства дружен лишь с ней одной. она мне мать, и жена, и дочь. она садится мне на плечо…
…Просыпайся, Богиня Реки, чарующая Ло-шэнь. Косы твои легки, ладони качают тень. В изголовье растёт тростник, в тёплых водах тонет луна. Я лежу на твоей груди и под кожей моей Весна…
Нависает цветной Восток, сердце ноет в объятьях вен. Перламутровый мотылёк умирает в живом огне. Покрывается чешуей антрацитовый небосвод, я теряю контакт с Землёй, волны лижут нагой живот.
Обнимай меня, Фея Рек, невесомо касаясь щёк, сверху падает звёздный снег, время лечит и время врет. Мокрый свитер прилип к с…
Как легко теперь: не любя тебя, я не прячу голову от дождя, я курю в затяг и глотаю дым, став опять беспечным и молодым. Не фильтрую речь, исторгаю брань, обжигаю крепким словцом гортань, не боясь твоих потемневших глаз и покрытых пыльной моралью фраз. Открываю настежь окно и дверь, трачу на пустое, сажусь на мель. Просыпаюсь поздно и всё не там, провожаю женщин без лишних драм.
Я смеюсь и праздную, бью в набат, я живым вернулся, пройдя сквозь Ад. Я вернулся целым почти на треть, надо быть жел…
Зови меня Капитан-Беда,
король больших Невезучих вод.
Быть неудачником тоже дар,
и в этом деле я взял джекпот.
Я не уверен в грядущем дне:
смогу ли завтра открыть глаза,
умыться, наскоро съесть омлет,
потом отправиться на вокзал.
Оттуда в офис: тик-так, тик-так,
(лишь час обеда не прозевай).
По волнам циферок и бумаг
меня уносит в дремотный край.
Мне душно, муторно, как и всем,
и, как и всех, меня тянет спать.
Под небом в крапинках звёздных клякс, подставив ночи худую грудь, шагает бодро скиталец-Макс, не суть — куда, но куда-нибудь. Карманы, полные медяков, рюкзак и ворох дорожных карт. Сбивая с города пыль веков, смеётся ветреный юный март. И Шельда — чистое серебро, несёт кораблики на восток, где месяц, жёлтую выгнув бровь, висит недвижимо над мостом. Антверпен весел, но очень стар, здесь в переулках гуляет миф. Снижая шансы дожить до ста, Макс замедляется, закурив. Его бессонная голова вмещает тыс…
Двигаться как комета —
точкой среди полос.
Быть дуновеньем ветра,
прядью твоих волос.
Ссадиной на колене,
трещиной на губе.
Выдохом, вдохом, тенью,
складкой между бровей.
Смело идти по встречной,
медью в руке звеня,
и целовать предплечья
любящей не меня.
Выпито лето одним глотком.
Август. Последний день.
Руки, испачканные песком,
к рыжим лучам воздень.
Солнце исследует языком
контур твоих ключиц.
Я наблюдаю за ним тайком,
не преступив границ.
Воздух вибрирует от жары,
слышится тихий вздох:
не нарушая баланс игры
летний уходит бог.
Это может быть химией,
биологией,
странным сном,
но когда их взгляды сливаются в единое
существо,
её губы и родинки,
прядь волос,
глаза (коньяк и вино),
все секунды,
вдохи и выдохи…
превращаются в
волшебство.
Мы играли весело целый год: я стоял на месте, ты шла вперёд. Ты держалась курса, я метил в цель. В промежутках были: коньяк, постель, сигареты, кофе, цветной экран, поезда, подземки, огни реклам. Кавардак, сумятица, ерунда;
ничего о нежности,
ни-ко-гда.
Это было правилом для двоих: ничего не значащий перепих. Не касаться сердца, не лезть в нутро, счёт вести по станциям на метро. Знать привычки тела, но не души, нет обета верности — нет и лжи. Не учить, не строить, не приручать. Проходить ма…
Скука смертная. День измучен, в небесах маршируют тучи, их прилипчивый взгляд колючий прибивает меня к земле. Поплотнее укутав шею и прикинувшись мирным зверем, путешествую по аллеям, запечатанным в янтаре. Под ботинками плачут листья о погибели вечных истин, ветер рвёт перепонки свистом, на меня нагоняет сплин. Вся планета гудит от взрывов, от общественных нервных срывов, и антихрист идёт бескрылый по осколкам тяжёлых мин. Молодёжь начищает пики, на знамёнах рисует лики, каждый хочет прослыть в…
У меня есть ручной дракон
/до чего банальный сюжет/.
Прилетает на мой балкон,
уже пару десятков лет.
У Дракона красивый хвост,
и клыки опасно остры.
Очень сложен и очень прост,
мой дракон с Ледяной горы.
Иногда мы просто сидим,
и на кухне пьем чёрный чай.
Я читаю ему стихи,
изливаю свою печаль.
Он качает слегка головой,
Вот и осень в ухо шуршит медово, давит листья в крошку подошвой кед. Пахнет влагой, пылью и сенным стогом, холст небрежно рудым мазком задет.
Вот и осень шепчет на ухо песни про бисквиты в кухне и пряный чай. И про то, как ангел из мира бестий не жалел тебе своего плеча,
Тёплых сказок, пледа и нервов тоже, и всегда баюкал в руках, как мать, прикасаясь к белой молочной коже и с щеки волос убирая прядь.
И сжимая в крепких тисках до воя, ограждая молча от слёз и лжи, чтобы чутко билось внутри живое…
Осень берет чашку чая
и садится смотреть ТВ.
Говорит: ''я здесь случайно,
и обращайся ко мне на Вы''.
Я — растрепанный и отчаянный,
имею вид сонной совы.
Сентябрь — время печальное,
соответствовать
надо бы.
Надо курить сигареты,
/с ментолом
обязательно/,
Он построит новый шикарный город на могиле вырубленных лесов. Там, где облака обнимают горы, возведёт уютный и светлый дом. Он посадит много цветущих вишен, вдоль дороги высадит тополя, и зелёной краской покрасит крыши, сделав их похожими на поля. Будет парк и пруд, и с десяток уток, пара ослепительных лебедей, и в любом из месяцев или суток, листья не оставят своих ветвей. Он проложит вымощенные дорожки и украсит радугой витражи, заведёт собаку, и может, кошку, и на клёнах будут шуметь стрижи…
если есть дорога, то есть и дом.
если море есть, значит есть причал.
мне не нужен меч, мне не нужен трон.
я лелею только свою печаль.
если слово есть, значит есть и смысл.
если сердце есть, значит будет боль.
если ''я и ты'', означает — ''мы'',
из осколков льда соберу ''любовь''.
я иду по краю своей судьбы,
неприметный странник, седой старик.
снова ''если бы'', превращая в ''быть'',
опускаю флаг, покидаю бриг.
и в ночной глуши, на лесной тропе,
Пока ты спишь, спокойно спишь в воздушном замке под луной, по гребням разноцветных крыш крадется кошка за звездой. Взмахнув неоновым хвостом и растревожив гладь небес, пытаясь цапнуть Орион и метя прямо в Южный крест, гигантский совершив прыжок сквозь миллиарды световых, вдруг приземляется у ног не знавших отдыха моих. Я пью шербет из сладких роз на пышных марсовых лугах, где пухлощекий паровоз скользит по рельсам в облаках. Здесь сильфы ласково поют, играя с прядями волос, и бородатый добрый ду…
Не уходи.
Пока ты здесь, со мной,
я не боюсь ни холода, ни жара,
я не боюсь отравленных кинжалов,
и кубков с заколдованной водой.
Я не боюсь.
Пусть весь земной народ
заточит пики и пойдёт в атаку,
я кинусь смело в пламенную драку,
не затаюсь у запертых ворот.
Не уходи.
Я вырасту большим,
Лариса РигаВсё в нашей жизни происходит не просто так.)
Лариса РигаОставаясь верным себе и своим принципам, конечно же, не стоит размениваться по пустякам.
GamesOverЗдравствуйте! Прочла Ваш комментарий и улыбнулась.. А я почему-то увидела в руке кристальной чистоты...
Амалия Сирин ИсраиловаЛариса,вы правы! Волна - это действие, пустота - бездействие. Но моя мысль была не в том, чтобы прир...
Наташа ВоронцоваИ слава Богу, что никому это не по силам))
GamesOverОчень красиво написано моя дорогая.. Поэт и есть поэт - в каждой мысли присутствует образность....
Magistika📚Жан-Кристоф (том 4)
В одном, по крайней мере, он разделял мнение Кристофа: прежде чем бороться...
Алексей ЛобачёвЭтого хватает. Думаю, и мы с Вами не исключение.)
https://www.inpearls.ru/2221083
Ира FEDВ детстве фортепиано мучило меня, я в ответ мучила его! Но с годами это стало только важнее, потому...
#1270840 Повтор публикации #639829?
#174141 Исправить текст публикации?
#1259295 Повтор публикации #174141?
#870044 Повтор публикации #715450?
#854106 Исправить текст публикации?
#1383527 Изменить авторство на © Элизабет А. Картер 0, Моника Мак-Голдрик 0«Цикл семейной жизни»?
#544647 Изменить авторство на © Крис Картер 0«Змеиная кожа»?
#2235338 Повтор публикации #24557?
#1264935 Повтор публикации #1233319?
#296544 Исправить текст публикации?
все ⮕
Божий Глеб 29 мая получил Белый жемчуг
Natali Ivanova- 27 мая получила Розовый жемчуг
Альбина Соколова 26 мая получила Белый жемчуг
Женя Еременко 26 мая получил(а) Розовый жемчуг
Tatyana Sinyavskaya 22 мая получил(а) статус автора
Валентина Лавина 22 мая получила Белый жемчуг
Лоли Персик 21 мая получила Белый жемчуг
Джулия Свон 21 мая получила Белый жемчуг
Леший 21 мая получил Серебряный жемчуг
Андрей Шумилов 1711 17 мая получил статус автора