Лариса Емельяновна Миллер

Ну, а чтоб не топтаться здесь и не тесниться,
Надо воздухом стать, надо с дождиком слиться.
Надо слиться, сродниться с бегущей строкой,
Что пишу я сейчас своей лёгкой рукой.

Надо с жизнью сродниться и так к ней прижаться,
Чтоб она не могла без меня продолжаться.

И дышалось так сладко, и пелось,
Потому что ничто не приелось,
Всё как будто впервые, в новинку.
Дай, скворец, рассмотрю твою спинку,
Твою черную скромную грудку.
Не пугайся. Замри на минутку.

Манна с неба, манна, манна…
До чего же не гуманно
Так обманывать людей,
Обещая им туманно
Манну с неба: «На, владей!»
То не манна — просто манка,
Просто жалкая приманка,
На которую клюём,
Чуда бледная изнанка…
Но взгляни на окоём:
Облака на небосклоне,
Стая птиц на дивном фоне,
Ослепительных небес,
К коим тянутся ладони
… показать весь текст …

Я понимаю, почему
Весь год мечтаю я о лете:
Напасти прорву, хворей тьму
Мне легче выносить при свете.

Лишь летом мир с его бедой,
Мир ненадёжный, сирый, зыбкий
Живёт на фоне молодой
И ослепительной улыбки.

Снег счастливый летает, летает душа, что крылата,
Даже кажется, будто летает сегодня земля,
По лазурному небу летает небесная вата.
Прав Создатель, нас в мире сквозном и воздушном селя.

Прав Творец, что лишил нас сегодня предметов громоздких,
И зачем они, если уходит земля из-под ног?
Молодая, нарядная, снежная, в искрах и блестках.
Отдыхает Создатель. Он сделал для нас все, что мог.

Все было до меня, и я не отвечаю.
Законов не пишу. На царство не венчаю.
Придумала не я, придумали другие,
Что хороша петля на непокорной вые.

Придумала не я, и я не виновата,
Что вечно не сыта утроба каземата.
Но чудится: с меня должны спросить сурово
За убиенных всех. За всех лишенных крова.

Июль. И дни всё золотее.
Какая дивная затея
Жить на полуденном свету.
Создатель, обо мне радея,
Мне дарит влажный куст в цвету,
Мне дарит этот сад шумящий,
Летучей жизни звук щемящий
И грома дальнего раскат,
И небосвод, всегда манящий,
Мне дарит всё, чем сам богат.

А меня не учили стареть. А меня умирать не учили. Луч небесный однажды вручили и велели
сиять, и гореть. Каждый год… каждый
день… каждый час… не дымя, не чадя, не сгорая… вопреки, несмотря, невзирая… Освещая
и тех, кто погас!!!

«На белом облачке сижу, болтая ножкой. И пусть идет земная жизнь своей дорожкой. И что б там ни было — рутина, светский раут, я ни при чем. Я вне игры. Взяла тайм-аут. Ну, а поскольку на земле любой повязан, и что-то вынужден, и должен, и обязан, и никуда от передряг ему не деться, то я на облачке решила отсидеться. Договорившись, что меня доставят на дом — без всяких сложностей… с ближайшим снегопадом !!

Жизнь до ужаса проста —
Свет и снова угасанье,
Чуть заметное касанье
Облетевшего листа.

Ветер буен и ретив
Гонит ропщущее племя…
Задержаться б хоть на время
Ствол руками обхватив.