Лариса Емельяновна Миллер

Пока, пока, до скорого, пока,
Пока не пересохла та река,
Та темная, что держит на плаву,
Пока она не высохла, живу.
Dum spiro, spero — мертвая латынь —
И та велит — надейся, не остынь.
Пока дышу, твержу на все лады:
«До скорого, до завтра, до среды».

Куда спешить? Ведь не горит.
Куст отцветающий сорит
Вторые сутки лепестками,
Под кучевыми облаками
Малютка ласточка парит.

Куда спешить? Побудем здесь
И назовём старинным «Днесь»
День, что течёт — не утекает
И нам, как может, потакает,
И от любви лучится весь.

Я знаешь почему не ухожу?
Я много здесь такого нахожу,
С чем ну никак не в силах я расстаться,
Поэтому решила здесь остаться.
И если говорить о мелочах,
То я люблю прогулки при свечах,
Особенно, когда их треплет ветер.
А для меня гулять при зыбком свете,
Как видеть сладкий и тревожный сон.
Ещё люблю Дассена и шансон,
Особенно вот этот, горьковатый,
Разлукой неминуемой чреватый,
Хоть он поёт: «Салют. И снова я».
Ещё люблю небесные края,
… показать весь текст …

Кругом сплошное бескорыстье.
Чего хотят, к примеру, листья,
Когда под ветром шелестят,
Сияют и росой блестят?
Чего хотят, к примеру, блики?
Какой секретный план великий
Вынашивает каждый блик,
Меняя место каждый миг?
Что вешний ветер замышляет,
Когда меж ветками шныряет?
Какие тайные дела,
Тропа, которая вела
Меня, в тихую провернула,
Когда тишком в овраг нырнула?
… показать весь текст …

Пахнет мятой и душицей.
Так обидно чувств лишиться,
Так обидно не успеть
Все подробности воспеть.
Эти травы не увидеть
Всё равно, что их обидеть.
Позабыть живую речь
Всё равно, что пренебречь
Дивной музыкой и краской.
Всё на свете живо лаской.
Жизнь, лишенную брони,
Милосердный, сохрани.

Послушай, мой тебе совет:
Надейся только на рассвет.
Он обязательно настанет
И, коль в живых тебя застанет,
То всё, что так тебя гнетёт, —
Нет-нет, не сдует, не сметёт,
Но в розовом покажет свете,
В каком мир здешний видят дети.

Это даже забавно, смешно, уморительно
Наблюдать, как ветрами легко и стремительно
Всех уносит, включая и тех, кто царит
И народы пасёт, и над миром парит,
Позабыв, что и он здесь навек не останется,
И не стоит ему заноситься и чваниться,
И от важности щёки свои надувать,
И регалии все на себя надевать.
Лучше жить на земле, от души соболезнуя
Тем, кто так же, как он, божье чадо болезное.

Ну, а чтоб не топтаться здесь и не тесниться,
Надо воздухом стать, надо с дождиком слиться.
Надо слиться, сродниться с бегущей строкой,
Что пишу я сейчас своей лёгкой рукой.

Надо с жизнью сродниться и так к ней прижаться,
Чтоб она не могла без меня продолжаться.

И дышалось так сладко, и пелось,
Потому что ничто не приелось,
Всё как будто впервые, в новинку.
Дай, скворец, рассмотрю твою спинку,
Твою черную скромную грудку.
Не пугайся. Замри на минутку.

Манна с неба, манна, манна…
До чего же не гуманно
Так обманывать людей,
Обещая им туманно
Манну с неба: «На, владей!»
То не манна — просто манка,
Просто жалкая приманка,
На которую клюём,
Чуда бледная изнанка…
Но взгляни на окоём:
Облака на небосклоне,
Стая птиц на дивном фоне,
Ослепительных небес,
К коим тянутся ладони
… показать весь текст …