Лариса Емельяновна Миллер

А выходит, что самое милое дело
Повздыхать да поохать: мол, жизнь пролетела.
Повздыхать да поохать: мол, время летит,
Хоть и к жизни совсем не пропал аппетит,
И душа целый день бы летала, как птица,
Если б с телом сумела она сговориться.
Хоть летает она, но тоскливо одной.
Ей приятней летать в оболочке родной.
И зовёт она тело: «Вставай, полетели!».
Ну, а тело в ответ: «Я вообще на пределе.
Это ты там всё время, в полёте, в бегах,
Ну, а я вообще не стою на ногах,
И запас моих сил отвратительно тает».
А душа сокрушенно: «Но жизнь улетает!».
… показать весь текст …

Осенний ветер гонит лист и ствол качает.
Не полегчало коль ещё, то полегчает.
Вот только птица пролетит и ствол качнётся,
И полегчает, наконец, душа очнётся.
Душа очнётся, наконец, и боль отпустит.
И станет слышен вещий глас в древесном хрусте
И в шелестении листвы. Под этой сенью
Не на погибель всё дано, а во спасенье.

Когда идет счастливый снег,
Останови свой вечный бег,
Пусть белый снег тебя коснётся!
Никто, конечно, не спасётся,
Но станет все-таки светлей
И хоть немного веселей
Жить в детском ожиданьи чуда…
И даже уходить отсюда.

А жизнь — будь она хоть плохая, хоть
средняя,
Хоть райская даже — есть капля
последняя…
Отдай эту каплю — и всё… Пустота…
Покуда не отдал — любые цвета,
Весь спектр, ещё до конца не воспетый,
Содержится в капле единственной
этой…

Хочу туда, где снишься ты.
Ведь там сирень — твои цветы.
Там гости, возгласы, объятья.
Там ты в каком-то пестром платье
Танцуешь, каблучком стуча,
И сполз цветастый шелк с плеча.

Весна, конечно же, права,
Что разбудила дерева,
Что снег вчерашний растопила,
Что столько света накопила,
Шёлк натянула голубой,
Так обнадёжив нас с тобой…

Надеюсь, что дан мне пожизненный дар
Прожить эту жизнь без пометки «устар.»
Коль нынче горю, как вначале горела,
То вряд ли я выдохлась и устарела.
Мне чудится, я даже ярче горю.
Не верите мне, так спросите зарю,
Которая видит: я не отдыхаю
В часы заревые, а вся полыхаю,
Стремясь из горючих словечек и строк
Сложить, смастерить и разжечь костерок.

А счастье боялось меня, как огня,
Боялось оно молодую меня.
Оно мне, как звёздочка, всюду мигало,
Но что-то во мне его страшно пугало.
Наверно, пугал мой тогдашний минор,
Унылый мой вид и печальный мой взор.
И вместо того, чтобы сделать мне взбучку,
Оно, огорчённое, скрылось за тучку.
Но я постарела и стала умней,
И стало мне жаль тех безрадостных дней,
И я попросила: «Вернись, если можно»,
И счастье, — сначала весьма осторожно, —
А после смелее ко мне подошло,
И наше свиданье прекрасно прошло.
… показать весь текст …

Постой же, время, не теки,
Постой со мною у реки,
Такой медлительной и сонной…
Пусть жизнь покажется бездонной,
Упрямым фактом вопреки.
На этом тихом берегу
Поверить дай, что всё смогу,
Что ничего ещё не поздно,
Что я…"И ты это серьёзно?" —
Шепнуло время на бегу…

Да разве я знала, что будет так грустно,
Ведь жизнь так умеет морочить искусно,
Такие узоры умеет плести,
Что верила — буду и дальше цвести,

Что буду и дальше взлетать и спускаться,
В лучах золотых и горячих плескаться,
Что так вот и будут до крайнего дня
Любить, и ласкать, и тетёшкать меня.