Игорь Губерман

Есть в речах политиков унылых много и воды, и аргументов, только я никак понять не в силах, чем кастраты лучше импотентов.

Бывает время в жизни каждой,
Когда судьба скользит из рук,
И горизонта сердце жаждет,
И тупики молчат вокруг.

В эту жизнь я пришел не затем,
Чтобы въехать в сенат на коне,
И доволен сполна уже тем,
Что никто не завидует мне.

Живопись наружно так проста,
Что уму нельзя не обмануться,
Но к интимной пластике холста
Можно только чувством прикоснуться.

Литавры и гонги, фанфары и трубы,
набат, барабаны и залпы-
беззвучны и немы в момент, когда губы
друг друга находят внезапно!

Мы так то ранимы, то ломки, что горестно думаю я: душа не чужая — потёмки, потёмки — родная, своя…

К бумаге страстью занедужив,
писатель был мужик ледащий;
стонала тема: глубже, глубже,
а он был в силах только чаще.

Чтоб не дать угаснуть роду, нам богом послана жена. А в баб чужих по ложке меда вливает хитрый сатана !

Уже по склону я иду,
Уже смотрю издалека,
А всё ещё чего-то жду
От телефонного звонка.

Счастье, что подвижны ум и тело,
Что спешит удача за невзгодой.
Счастье — осознание предела,
Данного нам веком и природой.

Россия веками рыдает
о детях любимых своих;
она самых лучших съедает
и плачет, печалясь о них.

Ты теки, моя слеза,
Очень больно папа высек,
Папе зря я рассказал
Все названия пиписек.

Когда мы близких судим,
Наш суд безжалостен и лих.
Нам нужно жить прощая людям
Наше мнение о них.

Брехню брехали брехуны,
А власть захватывали урки.
В итоге правят паханы
И приблатненные придурки.
© Губерман

Хотят изжить из государства
Как хлам ненужный им народ
И нет границ сего коварства …
Но ведь придёт и их черед!
© товарищ Нищеброд

Наш путь из ниоткуда в никуда —
Такое краткосрочное событие,
Что жизни остаётся лишь черта
Меж датами прибытия-убытия.

С народной мудростью в ладу, и мой уверен грустный разум,
что, как ни мой дыру в заду, она никак не станет глазом.

Разгул наук сейчас таков,
Что зуд учёного азарта
Вот-вот наладит мужиков
Рожать детей восьмого марта.

Увижу бабу, дрогнет сердце,
Но хладнокровен, словно сплю;
Я стал буквальным страстотерпцем,
Поскольку страстный, но терплю.

На нас нисходит с высоты
от вида птичьего полета
то счастье сбывшейся мечты,
то капля жидкого помета.

На все планеты в космос тучный
Пора нам парус поднимать,
Пока они благополучно
Живут без нас… их мать.