Татьяна Орлова Славянская -2

Мой город в прошлое бездонной скважиной —
ни дна и ни покрышки никому.
Бараками мурло обезображено,
такой уже ни сердцу, ни уму.

А было время тесным переулочком
на перекрёсток мчалась впопыхах
наивная доверчивая дурочка,
застрявшая в невызревших стихах.

Вот здесь мы пили кофе, ели бублики.
И пробовали на язык абсент.
Летели из кармана ветром рублики.
Он доктор был, а я лишь пациент.
… показать весь текст …

Коварно время — та ещё змея…
Ни вправо, и ни влево нет исхода.
Течёшь забвением, не зная брода,
глядь, вместо кожи — рыбья чешуя.

И не порвать связующую нить
с отлаженным на небе механизмом.
Ты вроде жив, но стол накрыт для тризны,
где будут не друзья кагоры пить.

Где будет много страстных лживых слов,
и бестолковость сутолоки праздной.
Сочувствием притворным все заразны.
Где, чёрт возьми, всесильный змеелов?
… показать весь текст …

Наивный мальчик замер от восторга:
Ах, фея голубая на канате…
Ах, птичкою порхающей актёрка…
Тяжёлым вздохом за спектакль платит.

Над ним привычно ежедневно ноги,
танцующие жизнь на тонкой леске.
Как смотрит фея вниз надменно, строго!
Как прыгает с каната кошкой дерзкой!

И — мимо… за малиновость кулисы.
Там клоун ждёт отчаянно печальный.
У них роман и на двоих все «бисы»,
и кабачок там, за углом, причальный.
… показать весь текст …

Забудь. Не мне ты богом был обещанный, —
он тасовал колоду нерасчётливо.
Тебя другая целовала женщина,
меня другой — игриво, беззаботливо.

Всё в прошлом, не имеющем значения.
Забудь. На кой нам эта бухгалтерия?
У нас теперь иной волной течение,
вскипает в ночь, пульсируя артерия.

Теперь тебе я дальней близкой женщиной.
Теперь ты мне далёким близким странником.
Луной и случаем с тобой обвенчаны,
и этот случай пристальным охранником.
… показать весь текст …

По вкусу Питер — солнечной помадки:
в серебряной карете едёт Лето,
разбрасывая публике песеты…
А белый пудель, стоя на запятках,

размахивает зонтиком — он алый:
грядут дожди алмазной лёгкой пылью!
Точил перо о страсть поэт Вергилий,
я — о дожди звенящего вокала.

Весёлыми драже поёт Фонтанка,
косые струи режут «Исаакий».
Вкус питерских дождей с чудинкой магий,
бокал подставил — чем вам не «тамянка»?
… показать весь текст …

Тучи сиреневым бархатом — сорок кулис.
Словно готовится небо к особой премьере.
Вечный небесный театр — охота на лис
или без правил поход на восток тамплиеров.

Грянет нежданно небесный оркестр, оглушит
и торжеством и, — мой бог! — громыханьем беспечным.
Пахнет тревожною свежестью старый самшит.
Мысли стекаются в целое — думы о вечном.

Жаль, даже вечность закончится в сентябре —
с неба сгоревшие хлынут на землю опалы.
Время любви — по особому календарю,
в нём не догонишь себя. Не помогут вокзалы.
… показать весь текст …

Какое небо без предела —
не отхлебнуть.
У птиц прощально тарантелла —
им завтра в путь.

Нам никуда, увы…— бескрылы,
мы на цепи.
Ах, как тобой душа искрила —
теперь допит.

Не вспомить мне, а надо б, надо
бесстыдство рук.
Как на плече цвела помада —
и сердца стук,
… показать весь текст …

Тепло с тобой, уютно у камина.
За окнами метельные рефрены.
Шартрез со льдом на чёрном пианино
и вечное «And i love her» Кобейна.

И нам опять с тобой по восемнадцать, —
врёт зеркало, приписывая больше.
За молодостью, помним, не угнаться,
но счастливы вполне по воле божьей.

Цвет яблока изысканных желаний
соблазном восхитительно алеет.
Привычен ритм полуночных камланий,
а утром чай с лимоном и шалфеем.
… показать весь текст …

Шкаф нараспашку, но не до скелетов,
/о них — потом/ открыт иной сезон.
В окне размокший слякотный газон.
Не до балов, увязла в грязь карета —

упавшим солнцем у порога тыква…
Над виноградом кружит сонный шмель.
Ползёт, хмелея, по берёзе хмель…
Всё та же пастораль — я с нею свыклась.

Совсем иное в солнечном Провансе —
мистраль не мнёт оранжевых полей,
/Ван Гогу жёлтый был всего милей/
туда и катит лето в дилижансе.
… показать весь текст …

Накрыло тишиной… Как на погосте.
Воспоминаний ветер лёг у ног.
Но стелется всё тот же ветхий мостик.
Душа, как зачарованный челнок,

запуталась… Туда-сюда и рвётся
догадки тонкой слабенькая нить.
Плыву беспечно в никуда без лоций:
нельзя помиловать, нельзя казнить…

А за спиной — всего… ещё и с гаком.
От тайны… и до выжженных потерь.
Поля цветут горячим жарким маком,
жаль, что душа — заклинившая дверь.
… показать весь текст …

У плотников забота в каждый век —
в Берлины окна рубят и в Парижи.
Оплачиваем кровью чей-то чек,
Моло’х с азартом кровь невинных лижет.

Похоже, замечательна на вкус,
разлитая в богемские бокалы.
Взирает с тайным страхом Иисус —
не напоил своей наш мир усталый,

измученный… А щепки всё летят,
всё шире, дальше, в глубь колодцы окон.
Всё больше нас, совсем слепых котят,
запутавшихся липкой ложью в кокон.
… показать весь текст …

*
Черным бархатом ночь. Вечер — маг полупьяный.
Лунный диск — с патефона старинной пластинкой.
Сингапуром лимоновым бредит Вертинский.
Запах плоти, абсента, мартини, кальянов.

Что-то дикое зреет. Вот-вот полнолунье
захлебнётся своим же неистовым жаром.
Над хрустальным бесовским обманчивым шаром
что-то шепчет усердно, шаманит колдунья.

Беспокойство. Тревожность. Накал в волчьей стае —
дышит жадно взатяжку серебряной пылью.
Ночь на взводе — расправила чёрные крылья,
… показать весь текст …

*
Уставшее лето линяет степенно, лениво.
В садах засыпают, роняя реснички, ромашки.
Седеет шалфея лиловая буйная грива.
Пожухшая лилия выглядит бледной монашкой.

Уже не спешит к ним садовник с волшебною флейтой.
Теперь только роза забота влюблённому сердцу.
Цветет как на выданье ветреная лицедейка,
но нет, не садовника бедного чтит за владельца.

А тот /вот болван!/ вечной жертвой слёзам и капризам.
Сдувает пыльцу и купает несносную донну.
Все прочие в странном саду только фон парадиза,
… показать весь текст …

У бога лишь две карты — ночь и день.
Тасует равнодушно, неустанно.
Нет смысла наживать себе мигрень,
паря над человечьим котлованом.

Два мира предлагает: рай и ад.
И те, внизу, бездумно выбирают:
там где пожарче — там страстей парад;
покой и скука там, где место рая.

Что слаще вкусом — день иль всё же ночь,
где затаилось мраком солнце волчье?
Свет слишком ярок… Мы уходим прочь.
Уходим не оглядываясь. Молча.
… показать весь текст …

Под утро солнце сладким мёдом зреет.
К закату полусонная луна,
налившись соком, злым обманом спеет:
горит в окне соблазнами блесна.

Беспечность легкомысленного мира,
где каждый третий в пагубной тоске.
Бренчит кому-то утешеньем лира,
другой висит душой на волоске…

Безумный ветер вдаль кругами носит
и нет спасенья от себя самих.
Предзимье… На добычу вышла осень
с оравой псов озлобленных цепных.
… показать весь текст …

Ночь глубока и нежна синевой атласной.
Тонет в бокале луны золотой янтарь.
Дикие ягоды Велеса — путь соблазна,
если гостинец в ладонях принёс бунтарь.

Ты его любишь, но будет напрасной жертва.
Ягод с ладоней не пробуй на вкус… Терпи.
Мало ли в мире подлунном других десертов,
что же ты маешься на золотой цепи?

Ночь переполнена чудными снами… Зелье —
сок ежевичный… Испачкан твой жадный рот.
Девочка, помни, расплатой всегда похмелье.
Ягоды Велеса сделали приворот…
… показать весь текст …

*
Я прячу письма, в них сокрыта тайна.
Обратный адрес — блёклая печать.
Под чёрный чай с прозрачной долькой лайма
в холодный вечер хорошо молчать.

Нас делят континенты, океаны,
и миллионы нам чужих людей.
А мы взахлёб с безумьем наркоманов
стучим в открытость собственных дверей.

Опять несут тепло не нам гольфстримы.
Билет в кармане. Адрес; «Никуда».
Привычны маски с безупречным гримом,
… показать весь текст …

Под стягом горячим прованского неба,
где жар апельсинов по пыльным дорогам,
мне так не хватает обычного хлеба,
к нему молока… и травы пряным стогом.

Луна в Авиньоне как парус фрегата,
а дома лишь серпиком, тонкой краюшкой.
Здесь падает всплеском в разломы заката,
А дома цепляет конёк у избушки.

Мне так не хватает соцветий рябины,
И тех снегирей, что, как яблоки, ярки…
Душа разделилась на две половины,
и та, что огромна — России подарком.
… показать весь текст …

«Бутылочку вина, настольную лампу
и книгу Ремарка. И всё!»

***
Бокал вина, «Обратный путь» Ремарка,
и лампы свет взамен луны шальной.
День прожит просто, не был мне подарком,
оплачен прежней взвешенной ценой.

Не избежать ранений, множат списки
подставленные под расстрел сердца.
Чужих полно, но не хватает близких…
На пальце след от тесного кольца.
… показать весь текст …

Мне бы чего-то такого… чего и не знаю…
Рыбки солёной, быть может? Да нет… шоколада…
Стая желаний неузнанных… Целая стая!
Не исполняются, черти… Да ну и не надо.

День провернул циферблат, и готово — на свалку.
В старых блокнотах затишье и дух нафталина.
Вот подоконник. На нём умирает фиалка.
Но отчего же? Какая случилась причина?

А ведь бывало спросонья — в звенящее стремя.
Смешивал ветер беспечный полёт с облаками.
Ангел на ушко вчера прошептал:" Было время…
но на исходе… Размен у тебя — пятаками".
… показать весь текст …