ПРИВИВКА УВАЖЕНИЯ К СТАРОСТИ НА ВСЮ ЖИЗНЬ
Более пятидесяти лет назад я был командирован в Кабардино-Балкарскую АССР на строительство специального подземного комплекса для АН СССР. Это было высокогорье, особо опасные условия труда и многое другое, что приходилось преодолевать. Мы были молоды, и всё было нам по плечу.
В один из дней на объект прибыла серьёзная комиссия с очередной проверкой. Проведя весь день под землёй, вечером мы поднялись на поверхность. Приведя себя в порядок, решили поехать поужинать в ресторан одного из небольших аулов в ущелье.
Нас было человек десять. Всё шло как обычно: спокойно, дружелюбно, гостеприимно. В нашей компании были и местные ребята — балкарцы, работавшие вместе с нами.
В какой-то момент я заметил, что двое из нашей компании поднялись из-за стола и замерли. В зал ресторана вошёл очень пожилой человек — горец в бурке и папахе. Он долго стоял, всматриваясь в зал, а затем, заметив наших коллег, направился к нашему столу. По его походке было видно, что каждый шаг даётся ему с трудом.
Мы все поднялись и замерли, последовав примеру наших друзей.
Старец подошёл к столу, внимательно осмотрел нас и начал что-то говорить на балкарском языке, держа в руках кусок хлеба. Как позже нам объяснили, хлеб был символом честности, чести и искренности.
Он извинился перед нами за то, что не может говорить по-русски, и сказал, что ребята потом переведут его слова. За всё время никто не посмел его перебить. Все внимательно слушали его речь, его просьбу и извинения за то, что состояние здоровья не позволяет ему разделить трапезу вместе с нами.
Затем он направился к выходу, и, пока за ним не закрылась дверь, никто не нарушил тишину и не сел на своё место.
Уже после его ухода ребята перевели нам всё, что он говорил. Эта встреча стала одним из самых незабываемых воспоминаний в моей жизни.
Этот уважаемый старец не был знаком нашим коллегам-балкарцам — они видели его впервые. Но так их воспитывали с малых лет: уважать старших. Такое отношение оказывают не по предъявленному паспорту, не по должности и не по званию, а только по возрасту, воспринимая его как дар Божий.
Вот такую прививку уважения и милосердия к старости я получил на всю жизнь.
© Евгений Ханкин 2359
