Стрельцами называли пехотинцев московского царя, его первое постоянное пешее войско. Стрельцы появились при Иоанне Грозном, когда из-за непрерывных войн резко возросла потребность в регулярной армии. Они разделялись на стремянных, или московских, и городовых, или украинных.

Картина Сергея Васильевича Иванова точно передает внешний облик стрельцов, несущих дозор в своей слободе. Они имели форменную одежду: характерные кафтаны и круглые отороченные мехом шапки, падавшим набок.
Стремянные носили красные кафтаны, а обмундирование остальных со времён Алексея Михайловича значительно различалось между собой по цвету.

Каждый полк стрельцов имел свои цвета одежды и собственное квадратное расписное знамя, созданное мастерами Оружейной палаты по проекту лучших художников.
Главным вооружением стрельцов было самопальное ружьё, пищаль, заряды к ней носили на широкой перевязи — патронташе. На левом боку висела сабля, за спиной на ремне бердыш — топор с широким лезвием, который использовали при стрельбе как подставку для тяжёлого ружья.

В ближнем бою применяли бердыш, копье и саблю. Каждый полк располагал артиллерией на конной тяге, собственным оркестром из ударных и духовых инструментов. Стрельцы делились на московских и городовых (в провинциальных городах).
Офицеры стрелецких полков носили те же кафтаны, что и рядовые стрельцы, но вооружены были только саблями и в руках держали трость с прямым костяным набалдашником, служившую знаком отличия.

***
На картине мы видим стрелецкую слободу. Отряд стремянных стрельцов, при знамени и с трубачом, направляется из дворца к съезжей избе, перед которой стоят две медные пушки.
У избы их встретит полковник, и начальник отряда, сняв шапку, доложит, как отряд исполнил своё дело. Знамя и трубы отнесут в избу, полковник отпустит стрельцов, веля оповестить, какой сотне назавтра идти в караул, а какой следует явиться за жалованьем. Если окажется, что кто-то провинился, его тут же схватят и посадят либо подвергнут наказанию палкой. А к вечеру соберутся офицеры, доложат о делах в своих отрядах.

В XVII веке в Москве базировалось около 20 полков по тысяче человек, располагавшихся собственными слободами вокруг полковой избы. Стрелецкие слободы широким кольцом опоясывали столицу.

В мирное время стрельцы пеших полков несли караульную службу на окраинах города, они же «с топорами, и с ведрами, и с трубами медными водопускными, и с баграми» тушили пожары.
Конные стрельцы Стремянного полка охраняли Кремль и царские дворцы, неотлучно сопровождали государя и членов его семьи.
В свободное от службы время стрельцы занимались ремеслами: стрельцы были медниками, шорниками, портными, сапожниками, оружейниками.

На заднем плане картины — торговые палатки, за прилавками стоят те же стрельцы, которые одновременно были и служилыми, и торгово-мастеровыми людьми.
Досуга у них оставалось много, а жили они большими семьями, с братьями и племянниками.
Не все мужчины были заняты службой, стрелецкое жалованье хлебом и деньгами было не особенно велико, на прокорм большой семьи не хватало. Власти предоставляли льготы, облегчавшие ремесленный труд и торговлю, но всё равно жили они небогато. Женщины ткали полотно, вышивали, вязали на продажу.
Торговать в городе стрельцы в конце XVII в. не имели права, а потому лари, балаганы и шатры раскидывали на площади в своей слободе, у храма. Горожане охотно посещали стрелецкие базары: там все было дешевле.

Меньшее жалованье получали городовые стрельцы. Они несли постоянную службу в пограничных городах, в Поволжье и в Сибири.
Появившись в 1540-е годы, стрельцы сразу заняли прочное место в русской армии. Их мужество и воинское искусство прекрасно проявились уже при взятии Казани (1552).