Не хватает чего-то в воздухе.
Объяснил бы, да не мастак.
Речь идёт о ничтожном штрихе —
Вроде дышится, но не так.

В голове бестолково бродит
И бормочет без затихания:
Что за жизнь с эти вечным «вроде»,
Что за радость от как бы дыхания?

Ах, товарищ, не горячись
Ни к чему суета и волнение.
Ты ж ведь крякнешь, с тобой приключись
Кислородное опьянение.

Вот тебе неплохая весть,
Чтоб забыл свой хмельной бред:
Ты уж, парень, дыши, чем есть,
Всё куда здоровее, чем нет.

СОСТОЯНИЕ №

Сколько раз в моей жизни женщины, с которыми я был близок, вдруг заявляли мне: «Ах, ах, я уже говорю и думаю, как ты, это ужасно, я теряю себя, свою внутреннюю сущность, свою уникальность». Ну, далее, как по маслу, ничего оригинального — отчуждение, оставление. Разумеется, ради сохранения уникального и неповторимого.

Я в таких случаях вечно терялся: девушки, кричал я им внутренним криком, я-то тут при чём? Вы ничего не попутали, во мне ли дело? Полно лепить из меня изверга и диктатора.

После успокаивался и договаривал уже внутренним шёпотом: Вот бы мне кого-то, кто изменил бы мой образ мысли и жизни. А хрен.

Этот сон досматривать не стану,
Слишком там всё ладно, да по мне.
Пробудившись, соскочу с дивана
Замаячу в сумрачном окне.

Пусть нечистый загодя смеётся:
Дескать, пусть потешится простак…
Жизнь мне эдак просто не даётся,
Я не верю в эдак просто так.

Так уж повелось, без сожаления:
Наяву, тем более, во сне
Мне понятно лишь преодоление,
А иному просто веры нет.
… показать весь текст …

Я вполне солидарен с идиомой «Бог в деталях» и её намного более расхожей версией «Дьявол в деталях». Пристально вглядись, и увидишь нечто неожиданное. В чём-то будничном и непритязательном проявится Бог. От чего-то внешне безупречного и высокоморального вдруг завоняет серой.

Однако эти максимы — из времён безвозвратно ушедших, ибо нас настоятельно приучают к эфемерности и ускользанию всего и вся. Бесконечные байки про «огромные потоки информации», «невероятную скорость жизни» — о чём это, как не о принудительной невнимательности, императиве верхоглядства и возбранности вглядывания в те самые «детали»; и не всё ли равно, что в них — благо или зло? Всё смешалось в доме Обломовых.

Пел Иванов, давясь кашей,
О всех усталых в чужом краю,
Пел, несмотря на хронический кашель,
О всех, забывших радость свою.

На остановке пел и в трамвае,
И в магазине изрядно блажил,
И не формально, но переживая,
Песней проникнувшись, ею и жил.

Девы визжали, пугались дети,
Но не стихал благозвучный мотив.
Пел и в общественном туалете,
Пятиалтынный переплатив.
… показать весь текст …

Вот эти часы едва поспевают за мной.
Вот эти всегда обещают мне час запасной.

Вот эти часы ведут, вот эти едва волокут.
Вот эти струятся песком, вот эти водою текут.

Вот эти стоят. Впрочем, я их и остановил:
В тот час, показалось, я счастлив безоблачно был.

И эти стоят, по причине иной, не совру:
Мне смерть обещала пожаловать ближе к утру.

Вот пара часов, пребывающих в вечной борьбе:
Вот эти часы от тебя, вот эти часы к тебе.
… показать весь текст …