Нам некуда идти, и незачем. Я знаю,
Как дом сквозит быльём и прочей ерундой;
Здесь вечером пирог пекут из яблок к чаю,
И ставят в вазу ветвь с багряной пятернёй.
Когда летящий снег сюда спадёт из мрака,
Что сразу не поймёшь присутствие зимы:
Здесь тонкий переплёт возьмётся Пастернака —
«С мареной и сурьмой обрызнутой листвы…».
Сорвавшись в тишину из лап ноябрьской стужи —
Пчелиный белый рой закружит до утра;
Зима. Кругом зима — внутри или снаружи,
И в этой кутерьме —
не видно ни черта…
В техасском стейке? В платье от Армани?
В хорошей книге и здоровом сне?
В избытке иль отсутствии желаний?
Вкус жизни...в чём? В ночёвке у костра...
В лесу, в горах, у моря ночью лунной?
Иль в лёгком скрипе чуткого пера
Под тихий говор Лиры семиструнной?