Исповедь

Сомненья усмирив, стараюсь верить в чудо,
Благословенные явления небес.
В час откровения, лукавить я не буду,
И в лоне церкви подавляю стресс.

Крещенских дней божественная святость,
И Божьей матери, с иконы, светлый лик
Душе даруют благодать и радость,
Церковных пений ангельский язык.

Но для меня — за гранью пониманья
Все проявления встревоженной души…
Пока есть время, в этом мире я, в сознаньи,
Душа нарушить грань понятий не спешит.
… показать весь текст …

Я бы счастливо, в общем жил,
только нет покоя земного,
потому, что себя любил,
а других иногда и немного,
я стремился к красивым вещам,
проводил жизнь в страстях и тревоге,
полной мерою телу воздал,
а душа заскучала о Боге…

Я должен быть бы рад,
Во мне тревога вкралась.
Мне боязно, как будто гад,
Змея кусать мне сердце стала.

А, может, болен я, иль одержим,
Ведь до сих пор несчастлив…
И совесть мучает, кричит,
Что к радости я не причастен.

Спасибо Богу и жене за сына,
Что взяли у людей чужих.
А, что же я?! Прикрылся тылом…
И мне же стыдно за своих.
… показать весь текст …

В начале я сопротивлялась этому, но понимала, что для моего выздоровления это необходимо. У меня были контакты, только с родителями, детьми и священником-никого более, ни музыкантов, ни друзей. Весь этот период я работала с психологом, имела право покидать место лишь для службы и исповеди в воскресенье.

Я камень, чувствующий боль,
Нет сердца, но душа скребет.
Я эгоист, хотя молюсь за всех.
Тревога мне по телу вдоль,
И по мозгам ужасно бьет.
Я, думаю, что насовсем.

Да, насовсем меня убьет,
Хоть не физически, умом…
Так, что за пакость у меня,
Холодным разумом берет,
И глушит радость топором?
Когда не надо плачу я.
… показать весь текст …

Сколько видано перевидано людей. Сколько сделано им добра, сколько выпущено и благословлено их в жизнь. Сколько… Сколько… Сколько.
И сколькими из них было совершено плагиата на дарёное и присвоено авторское добро, как своё
Сколько из этих людей, явно и тайно использовали доброе имя покровителя, как крышу. Сколько, прикрываясь, якобы, близкими отношениями, прокручивали свои чёрные делишки.
Всегда ли было это ведомо, или узнавалось чисто случайно, известно только одному творцу,
По истечении срока…
… показать весь текст …

В храме тишины — не приклоняя коленей,
С тишиной молчаливый я веду монолог!

Охотней всего мы исповедуемся в грехах, которые служат предметом зависти.

Наша исповедь не нужна ни богу, ни исповедающему нас духовнику, ни нам самим. Разве что исповедальной кабинке: по крайней мере, хоть она знает, для чего она нужна.