Все написать и сжечь:
что больше не люблю,
что ты себя во мне убил
презреньем воли,
что я не та, которой
ты достоин,
что, если не судьба —
строкой не уберечь.
Все написать и сжечь:
как больно убивал,
и как мучительно —
наотмашь, дерзко, долго;
как объяснял процесс
Я уязвимость свою выпускаю наружу.
Втыкаю иглы в душу,как в «грушу».
Мне вкусно,когда сама и ко мне«к сердцу близко».
Мои эмоции — мои палачи.
И они же к истинному вкусу жизни золотые ключи.
Душа эмпата кайфует от ощущений на грани риска.
Я — мазохистка. Не значусь в чьих-то нормальных списках.
Чем тоньше сознания лёд,тем интереснее идти вперёд.
Такой расклад меня не гнетёт.
Как раз наоборот.
Тёр глаза.
Выходил из квартиры.
Лестницы сторожил.
Я хотел рассказать о том,
что уже не знал.
Я хотел рассказать о том,
как уже не жил.
Я писал не письмо,
а Исповедь.
Я мудрости полна, имею своё мнение…
Достаточно умна, достойна уважения…
Бывает, я сержусь, могу в ответ дать сдачи,
В делах себе всегда желаю я удачи…
Ценю свой узкий круг друзей, коллег по службе,
Но доверяю лишь себе, с собой я в дружбе,
Здоровье берегу, родных оберегаю,
Надеюсь, после жизни открою врата рая,
Остра на язычок, не сметь меня обидеть!
Добро и справедливость способна в людях видеть,
Не стоит лгать мне, ложь за три версты учую,
Лесть мне противны, зло, предателей гоню я,
Людей ценю за труд, за руки золотые,
За чистоту души и искренность святые,
Почему-то чужая исповедь необходима миллионам других, она почему-то укрепляет их души. Но только гении обладают той степенью бесстрашия, которая необходима в исповеди.