баба матрЁшка

Я помню дни, когда мне были не страшны
Любые горести.
И жизнь казалась чередой сплошных
Прогулок в поезде.

Смеялось солнышко сквозь грязное стекло,
Тянуло лучики.
Одних попутчиков безудержно влекло
К другим попутчикам.

И превращался незнакомый пассажир
В такого нужного,
И с ним хотелось разговаривать про жизнь
За поздним ужином.
… показать весь текст …

А ты считаешь — я двужильная?
Кобыла, лошадь ломовая,
Всё на себе тащить готовая,
От дел домашних чуть живая!

Твердишь:"Мы так давно вдвоём!
Глаз не горит, в фигуре дряблость.
Во всём обличии твоём
Сквозит вселенская усталость!"

А у тебя всё хорошо:
Карьера в рост, большие дети!
И солнце светит высоко
И ты — хозяин на планете!
… показать весь текст …

Я никогда не была особенно застенчивой и неуверенной. Скорее, была такая вещь в себе, но комплексов хватало. В детстве и в юности их было не счесть — «спасибо» значимым людям, объяснили, что с моим телом и с характером не так. Много лет жизни ушло на то, чтобы доказать себе собственную состоятельность и восстановить ценность себя, как женщины, как человека, в своих глазах.

Но, удивительное дело, каждый из моих мужчин забирал кусочек или приличный кусок той уверенности, которую я в себе лепила…
… показать весь текст …

«А вы верите в Санту?» Я отвечаю «нет». В этой старой шарманке о сказочном чудаке, на оленьей упряжке летает по миру дед, и когорту желаний развозит в большом мешке. Мне давно не двенадцать. В детство ушёл экспресс. Вместо писем на север строчу годовой отчёт. А прогноз обещали — морозы, дедлайны, стресс (в основании чуда тонкий лежит расчёт). Хеппи-энды живут за экраном немых кино, у меня на простуду и нежность иммунитет. А с небес опускается снежное полотно, старый город искрит, в миллионы огней одет. На столе стынет чай и на плечи ложится плед, только я не хочу залатать эту брешь в броне.
«А вы верите в Санту?» Я отвечаю «нет».

Моё личное чудо целует меня во сне…

На жизнь, мой милый, не греши.
Ведь мы и сами хороши.
Ведь сами мы творим такое,
Что нету с нами ей покоя.
Она от ужаса дрожит
И в дикой панике бежит.
А мы в сердцах её поносим,
Всё у неё чего-то просим
И требуем: мол, дай, верни.
Сказать бы просто: «Извини».

тоску свою жалеть и тешить,
не понимая одного:
мир устает от вас не меньше,
чем вы устали от него.

Единственное, что люди научились делать безупречно, — это разочаровывать друг друга.

ты решаешь отвлечься от этой большой любви,
и:

правишь в ворде какой-то ненужный невнятный текст,
передаешь пожилому водителю за проезд,
нарезаешь с собакой по парку с утра круги,
раздаешь потихоньку накопленные долги,
мажешь руки кремами — Сахара и шелуха,
замечая цыган, ускоряешь до бега шаг,
покупаешь в кофейнях бессменный чаёк с утра,
что-то изредка ешь — голь на выдумки-то хитра,
что-то в лифте поёшь, пока едешь на самый верх,
улыбаешься в трубку и морщишься от помех,
на бегу, на лету мысли скручиваешь в стихи,
… показать весь текст …

«до встречи, милая. жду тебя на Сенной» —
в блокнот размашисто тушью занесено.
и вроде бы те же шляпка и сапоги,
и серьги опять заложены за долги,
и я так же нервно одёргиваю пальто —
но только оно не то. да, уже не то…

и вроде бы те же Питер, февраль, абсент,
но ты не узнаешь сменившийся мой акцент,
кольцо обручальное, стрижку, длину волос
и то, что я больше не морщу курносый нос,
и что зеленей и счастливей мои глаза…
а что ты мне сможешь о жизни своей рассказать?
… показать весь текст …

Старый доктор мне в карточку вклеил диагноз -«Зима»
И сказал, что болезни такие не очень изучены,
И лекарства, мол, нет… Хотя интересны весьма
Для науки подобные неординарные случаи.

И знахарка сказала мне: «Детка, когда холода
К людям в душу вползают и там наметают сугробы,
То молитв нет таких, чтоб растаяла эта беда…
И отваров таких не бывает, изгнать её чтобы.»

Я бродила по парку с одной только мыслью о том —
«Как мне выход найти? Закрасить все черные полосы?
Вдруг я стану, как Кай? Кто меня отогреет потом???»
И очнулась в секунду от звонкого детского голоса.
… показать весь текст …