В меру_ воспитанная

Пофигист — это человек, нервы которого настолько провисли, что нет никакой возможности на них играть…

Легче решает и осуждает тот, кто меньше вникает.

Запасись терпением на двоих: на себя и на своего шефа.

Благодарен, что мне повезло.
Говорю, на потом не откладывая:
ты — мое второе крыло.
Может — самое главное…
Но когда разбираюсь в былом,
боль пронзает как молния:
стал ли я для тебя крылом?
Стал ли?
Смог ли я?

У всех у нас есть страхи. Но у тех, кто смотрит им в лицо, есть еще и мужество.

Детям надо дать крылья и корни. Крылья — чтобы они высоко взлетели, а корни — чтобы им всегда было куда вернуться.

А что случилось? А ничего не случилось.
Просто, встретив твой взгляд, сердце часто забилось.
Просто холодно очень — скоро зима,
Просто боли вот этой я хотела сама.
Просто вдруг захотелось обычного счастья:
На поленьях огня, что согреет в ненастье,
И хорошего друга, и о ком-то заботы,
И, как прежде, во сне над землею полета…
Просто? Нет, все гораздо сложнее.
И счастливою быть я, увы, не умею.
Только глупое сердце все болит и болит
От ненастья, нелепых ошибок, обид.
От того, что нет солнца и скоро зима,
И от боли, что я захотела сама.

Душа — сплошная пустота
И тьма кромешная.
Она, наверно, изо льда
Со снегом смешана.
И не поет она,
И больше не смеется.
Окаменела вся.
Лишь боль по капле льется.
Там, на вершине этой боли,
Рассудок бьется с нелюбовью.

Бывает, слово «ненавижу»
Звучит слабей, чем «не увижу».
Не взрыв, не выстрел, не гроза —
А белые, как смерть, глаза
И белый голос: НЕ УВИЖУ.
Как в камень вмерзшая слеза.

Жестокость равнодушия — она
Страшнее, чем бетонная стена.
В кровь об нее мы расшибаем лбы!
Она не слышит попросту мольбы.
Стена из равнодушия — она
Не виновата в том, что холодна…