Времена миновали КОГДА ВЕЩАЛА я миру О ГЛАВНОМ в порыве умности, заносчивой глупости, пылкости юности и, ДУРА, ДУМАЛА ЧТО говорю С БОГОМ НА РАВНЫХ.
Я и ангелов тогда отравляла любовью и крылья им отрывала, иногда воровала: примеряла, вертясь у зеркала, носила и забывала. Теряла бывало. Может лежат и какие — на антресолях (всего там навалом). Вообщем, сложила до лучших времен, для полетов, костюмов и карнавалов.
Когда повзрослела, какой-то другой стала, не сказать что умнее и здоровее, но шелу…
Не бойтесь привязываться. Не бойтесь.
Мы люди. Нам нужно настоящее тепло.
И по-другому его не получить и не отдать.
Лишь в доверье сердец, в этой зыбкой опоре,
В готовности к ранам, в готовности к боли
Рождается та негасимая искра,
Что зовётся душой, зовётся любовью.
Ранить могу только слова тех, кого вы цените... а не разгромные статьи критиков.
21:21
чё-то больно.
не была готова.
пробоина.
ударили
словом.
что-то отслоено.
_________
«Вы брали слова, что блестят, как конфеты,
В ярком мире тропов и аллитераций.
Вы были ловки, вы были сметливы,
Вы жаждали славы и ждали оваций,
А этого мало, ничтожно мало.»
---Ъ! ПОДКОСИЛО. УПАЛА ---
Девоньки-бабоньки, милые, когда кажется что все так плохо, что хуже уже не будет, просто продолжайте делать свое дело и жить свою обычную жизнь. Со слезами, тяжкими думами, без надежды - все равно просто живите и работайте. И незаметно все выправится. Верьте мне. Счастье будет.
Плачет бабонька, слёзы капают,
За иголочкой тянет ниточку.
Зашивает она всё, что порвано:
«Сколько штопать все дыры — дырочки?»
Тонким шовчиком, незаметненько,
Лоскутки подбирая в тон:
Где-то красненький, где-то бежевый,
Под заезженный вальс-бостон.
Там, в стежках, её горе горькое
Тихо ползает, как улиточка.
И не видят она, хоть и зоркая,
Как вплетается что-то в ниточку.
Дорогой дневник! -1 #2171467 и Дорогой дневник! -2 #2171796
Разговор с Евгением Юрьевичем Лукиным о граблях и смысле жизни. Ответ на стихотворение «Бал был бел» (текст в комментариях)
Ошибка — уже в слове «растранжирил».
Ведь это не транжирство, а запас:
Срок жизни исхудал, но опыт — жирен,
Стал крепок стержень, да и страх угас.
Повторно наступать на грабли — это
Не выцыганивать счастливые билеты
У судьбы. Презрев раненья, напролом шагать
Сквозь темень трудностей — стремится к свету.
Любезный друг, а проще коль сказать:
«Повторно наступать на грабли, это
Всего лишь выставлять приоритеты —
Желать, идти и пре-о-до-ле-вать.
Кормишь оголодавших птиц в груди зернами уверений,
Приучаешь к ладоням, с мучительной нежностью споря.
Замечаешь потом опустевшую клетку и пару перьев,
Унесенных ветрами к чужим подоконникам вскоре.
Однажды разбитое сердце решило что больше ему не больно
И выпустить траурных птиц поспешило из клетки грудной на волю.
Проросло в нем случайное зернышко, пробившись сквозь толщу покоя.
Да ВЗОШЛО! Кораблями любви! Парусами надеж! Песней прибоя!
Вот армада моя! вот громада!
Мне такая любовь и нужна!
А других подобий не надо!
Обычный день. Трамвай и люди
Все за окном …горю в простуде.
Да, настроение в амплитуде:
В тягуче смоляном мазуте
увязло так что выдрать трудно.
и ВДРУГ ОРАНЖЕВЫМ как БРЫЗНЕТ!
и так взметнется! Что, подспудно,
Кидаю взгляд на апельсин,
лежащий в темном медном блюде.
Спасайте свое настроение ярким и позитивным...) Будьте здоровы!
Она ждет, и пьянящая радость
Отзывается в ней и поет.
Первозданная песнь дракона,
Дивный рев с ледяным перезвоном
Над изнанкою неба плывет.
Замер мир: Он пришел! Он спустился!
На уступы из диких скал
Несокрушим, величав, прекрасен.
Тлеет уголь в зрачках — он опасен.
Чешуя из стальных зеркал.
Вы остроумно флиртовали
Без помыслов завоевать.
Но что-то Вы во мне меняли,
Страдать и думать заставляли,
Сгибали что-то там, спрямляли,
Ломали… снова поправляли.
И изменили… твою мать.
Так больно стало почему-то,
Тоска познания.
И утро.