Мы были с Вами так огромны,
Мы расстилались так просторно,
Мы заплетались, как ковыль.
А утром, в солнечных квадратах,
Кружа в кофейных ароматах,
Танцует в световой купели
Пыль.
И оседает карусельно
В горах простынных и ущельях
Моей растрепанной постели.
Стыль.
Я писал ей стихи о любви, покупал билеты в кино,
Я готов был ради неё пропасть… пустить свой корабль на дно.
Осаждал неприступные стены, своей неудержной ордой —
Но она была вечно далекой и равнодушной звездой.
Собирал я букет из миров и планет, чтобы бросить к ее ногам.
Аккомпанировал грохотом пульса в такт её невесомым шагам.
Она была мировым океаном, непокорной капризной водой —
Моей королевой, моей царицей, недосягаемой звездой.
Я кричал её имя через грозу в сердце бескрайних степей,
На всех переправах менял коней и пытался угнаться за ней.
Только знай, где бы ты ни светила, я всегда буду рядом с тобой —
Моей королевой, моей царицей, недосягаемой звездой.
Творчество — это комплекс Создателя и Созидателя.
Создатель — причина и условие бытия новой вселенной.
Созидатель — источник преобразования готовой вселенной.
Я в церковь не хожу. Мне Бог — не мирра,
Слепой, глухой, не видящий в упор
Несправедливость и жестокость мира.
И с небом я веду жестокий спор.
Кидаю топоры и письма на удачу —
Очередной мой вызов не прошел…
Но в Рождество я беспричинно плачу
И верю, что все будет хорошо.
Мечтать так хочется с утра!
Год новый наш начался понемножку…
Сегодня, в ночь — Святого Рождества,
Мечты сбываются, не понарошку…
Пусть в новый…
… будет лучше чем вчера!
Пусть будет Мир и войны завершатся…
Случаются ведь в жизни чудеса?!
Мечтам, случается порой сбываться…
Пусть матери дождутся сыновей!
И к жёнам, пусть придут мужья любимы…
Чтоб полный стол и выпить за друзей!
Не важно, кто по нации — чтоб живы!…
Чтоб добростью наполнилась душа!
Каприс № 24 Никколо Паганини, которого называли скрипачом дьявола
Мой карточный замок, мечта идиота, стоит между светом и тьмой.
В нем белые кони, гонцы с того света, парят над пустой головой.
Куда не пойдешь — в зеркалах Паганини играет на скрипке «Каприс»,
И треснувший колокол стоном считает минуты, упавшие вниз.
О, белые длинные чуткие пальцы! мистический брак со струной!
Созвучия! страсть! исступление! боль! Изящен смычок костяной.
Внемлю сноровке игры виртуоза, чарам танца порхающих рук.
Худое лицо рассекают морщины от экстаза и творческих мук.
Оп…
Посвящается Фрэнки... моему возлюбленному другу и его бессмертной душе. Он, воистину, соавтор этих строк. Я говорю с ним, перечитывая письма.