Кружит листва, как стая жёлтых парусов.
Осенний ветер, словно страх, приносит дрожь.
Но ты не пряч своё усталое лицо,
Снежинок больше нет, остался только дождь.

Раскрой же зонт, надвинь свой серый капюшон
И подойди поближе, я слегка продрог.
Какой смешной сегодня день
И в нём я сам себе смешон.
Но это лучше чем быть жалким, как листок.
Года, что дым, еще один,
А мы все ждём, пока живём.
И как не странно, мы по-прежнему вдвоём.
И как не странно, мы по-прежнему вдвоём
… показать весь текст …

Страх — самое древнее и сильное из человеческих чувств, а самый древний и самый сильный страх — страх неведомого.

«Почти никто не танцует трезвым, если только он не безумен.»

Человеку в этой жизни трудно обойтись без тайн и старинных легенд, без тех сказочных историй, что по ночам нашептывают друг другу планеты.

Сущность явлений, лет вереница,
Лица друзей, и маски врагов,
Ясно видны и не могут укрыться
От взора поэта — владельца веков.

Свет дальних звезд и начало рассвета,
Жизни секреты и тайны любви,
Миг вдохновения солнцем согретый —
Все отражается в душах поэта —
В зеркале мира…

В зеркале мира видно кто и как жил.
Видно кто в песню неправду вложил.
Видно, кто хочет чтоб все было ночь.
… показать весь текст …

Повесил свой сюртук на спинку стула музыкант.
Расправил нервною рукой на шее черный бант.
Подойди скорей поближе, чтобы лучше слышать.
Если ты еще не слишком пьян.

О несчастных и счастливых, о добре и зле
О лютой ненависти и святой любви.
Что творится, что творилось на твоей земле
Все в этой музыке, ты только улови.

Вокруг тебя шумят дела, бегут твои года
Зачем явился ты на свет, ты помнил не всегда
Звуки скрипки все живое, скрытое в тебе разбудят
Если ты еще не слишком пьян.
… показать весь текст …

Худшая из тюрем, в которой может оказаться любой человек, сложена из кирпичей сожалений. Таково время, фигурирующее под девизом «Если бы только…» Нужно всеми силами стараться не попасть в его ловушку: ведь никому не дано пытать нас изощреннее, чем это делаем мы сами.

Самое дорогое у человека — это жизнь. Она дается ему один раз, и прожить ее надо так, чтобы не было мучительно стыдно за бесцельно прожитые годы, чтобы не жег позор за подленькое и мелочное прошлое и чтобы, умирая, мог сказать: вся жизнь и все силы отданы самому главному в мире: борьбе за освобождение человечества. И надо спешить жить. Ведь нелепая болезнь или какая-либо трагическая случайность могут прервать ее.

Я воевал в тех местах, где выживали только русские и татары. Войны выигрывают те народы, которые могут спать на голой земле. Русские и татары — могут, а немцы — нет. Немцы воюют по часам, и только, когда кофе попьют, а мы — всегда.

Когда-то у Ванги один человек спросил: «Скажи, а почему мне счастье так трудно достается?» Она задумалась, а потом ответила: «Ты — сильный… А сильным людям счастье тудно достается, чтобы слабым полегче было…»