Глазеть на макушки сосен,
Цепляющих небосвод.
Встречать золотую осень
И с чаем есть ложкой мёд.
На плечи накинуть пледик
И кутаться в нём вдвоём
Дышать этим лесом в меди
И сказки читать перед сном.
И тут на терраске сонной,
Под звуки гитарных струн,
Украдкой признаться Богу,
Как я без тебя не могу.
Тут тени ползут по стенам,
А ты мой хранишь покой.
Написано 31.10.2023 ко Дню Всех Святых.
У нас 1 ноября посещают могилы и вспоминают тех, кого уже нет с нами.
Впервые я поняла это в Кракове, а потом озарение ко мне пришло в Роттердаме и я с ним не расстаюсь.
В четвертой книге «Метаморфоз», Овидий пишет: «День угасал. Наступала пора, которую нельзя назвать: тьмы ещё не было, но и света уже как будто не стало, — поникший день с робкой ночью минутное соседство». Что хотел сказать поэт? Только то, что иногда можно уловить неуловимое. Например, тот короткий момент, когда день плавно кутается в одеяло и становится ночью. Есть люди, которые могут увидеть ми…
Перед посадкой уже. И рамка зазвенела; такой гламурный молодой человек проходил. Его остановили, он так разнервничался. И высоким голосом стал капризно говорить, что это пряжка дизайнерская. Что теперь, пряжку выковыривать?
Действительно, элегантный такой, как куколка Кен. Или Барби.
А за ним шли другие ребята. Тоже молодые, все в форме. И тоже зазвенела рамка у одного.
Он раздевался и тихо пояснял: «Это осколки»…
Худенький, тихий паренёк с ясными глазами.
У всех разное звенит за душой. У кого — пряжечка. У кого — осколки. Все меняется.
В детстве тоже звенела рамка, я смутно помню. Когда пожилые мужчины проходили. Фронтовики тогда были старые; как я сейчас. А сейчас — стали молодыми…
И приходят времена. Времена — с большой буквы. И многое сейчас будет с большой буквы. Все меняется. И буквы, и люди.
Мне, гражданке Арефьевой З.В., посреди завтрака ужасно захотелось романтики. Села, скрестила тонкие лодыжки, вздыхаю. Муж скрипел вилкой по тарелке, ел. Реакции ноль.
Через двадцать минут глубоких вздохов мне поплохело от гипервентиляции. Сижу смотрю на звёздочки перед глазами.
Говорю:
— Весенними ночами всем так хочется тепла и ласки, что даже звёзды как космические ёжики жмутся друг к другу…
Сидит, жуёт зараза.
Я с надеждой, но уже поскрипывая зубами:
— Хорошо бы сидеть на скале и чтоб соленый ветер трепал волосы…
Муж, сквозь яичницу:
— Ыыыы ы?
Я с вдохновением, протягивая к нему светлые теплые ладошки:
— И чтоб дельфины на фоне заката кричали:"Уии! Уиии!".
Муж:
— Я говорю кетчуп есть?
Дальше не помню.
18+
Вечер тонет в волнах моря, ночь божественно светла,
Тихо тает за горами ярко-красная заря,
Нежность сладко растворилась белоснежною каймой,
Аромат магнолий милых и жасмина сбил нас с ног.
Мы упали и пропали, задыхаясь от Любви,
Пальцы нежно пробежали по изгибам всех долин,
Россыпь света, россыпь красок, губ пылающих янтарь,
Дрожь по телу… и дыханье… словно нас поймал корсар.
Невозможно нас разнять, невозможно чары снять,
Пульс клокочет, чувства в трансе, нет в эротике баланса,
Губ стыдливых притяженье, невозможное сраженье,