Жили-были мужчина и женщина: он поглощал её восхищение, а она — его уверенность. Его любовь к ней была любовью к зрителю, в глазах которого всегда горел немой восторг, подтверждающий, что он — венец творения. А ей было важно, чтобы он оставался человеком-скалой, к которому можно прильнуть, чтобы не чувствовать сквозняков реальности.
Это была любовь двух пустот и идеальная катастрофа. Он был пуст, потому что за фасадом из самолюбования не было живого «Я», а лишь галерея образов. А она была пуст…
© Ольга Караванова 1066
