Simonliv

Через несколько дней после прорыва, впервые за много месяцев отоспавшись и отмывшись, Моисей и ещё несколько офицеров шли по улице небольшого городка в ближнем тылу, оживлённо переговариваясь. Мома к этому времени снова отрастил рыжую бородку, такую же, как на довоенной семейной фотографии, у двоих офицеров были пышные усы.

В своём потрёпанном обмундировании, с бородами и усами они сильно отличались от прибывающего с востока пополнения, и, видимо, поэтому на них обратил внимание командир патрул…
… показать весь текст …

Абрам учился хорошо, помогал другим студентам, был комсомольским активистом. Окончив институт, он собирался поступать в аспирантуру, но был призван в армию. Там он тоже был на хорошем счету, и ему предложили стать офицером. Он отказался, но начальство не отпускало его из армии, надеясь, что он передумает. Тогда он написал письмо Ворошилову о том, что его незаконно удерживают в армии, и вскоре был дома.

В конце тридцатых годов страну захлестнула волна сталинских репрессий, и Абраму не хотелось…
… показать весь текст …

Окончив школу, Абрам решил стать врачом. Но для поступления в институт требовалось либо быть рабоче-крестьянского происхождения, либо иметь рабочий стаж.

Имея знакомства, отец устроил Абрамa на работу в садово-парковое хозяйство. Платили там очень хорошо, а работали на свежем воздухе, не сильно перетруждаясь. В субботу выдали получку за отработанную неделю. Абрам хотел идти домой, но бригадир, мужик лет сорока, сказал, что получку принято «обмывать». Скинулись, купили две бутылки водки, лук и…
… показать весь текст …

Я очень редко смотрю телевизор. Жизнь в Америке напряжённая, вечно не хватает времени. А когда выдаётся свободная минутка — я раскрываю альбом и пересматриваю старые фотографии. И это мне гораздо интереснее, чем любой фильм или шоу.

На одном из первых листов альбома — довоенная фотография, запечатлевшая семью из семи человек. Ещё нестарые родители и пятеро их взрослых детей, три сына и две дочери. Самый старший сын — мой отец, Абрам.

Он родился за семь лет до революции, в феврале 1910 года. М…
… показать весь текст …

Как я упоминал, к еде переходили довольно поздно, все успевали проголодаться. С определённого момента можно было есть мацу, и мы с удовольствием жевали её. Особенно мы любили подержать кусочек мацы в рюмке со сладким вином, а потом съесть его, получалось очень вкусно.

Наконец переходили к трапезе. Начинали с фаршированной рыбы, которую ели с натёртым мной хреном. Затем мама и тётка, её младшая сестра, подавали бульон с «кнейдлах», жаркое, цимес, простую запеканку… На десерт было сладкое — компот и запеканка с изюмом.

А в самом конце, выпив четвёртый бокал вина, все торжественно произносили на трёх языках — на иврите, идише и на русском: Через год — в Иерусалиме!

Тогда это звучало просто как традиционная формула, поскольку поехать в Израиль было совершенно нереально. И никто не мог предположить, что последние десять лет своей жизни мой папа проживёт именно в Иерусалиме.

Нью-Джерси, весна 2019

Мужчины приходили из синагоги, все оживлялись и с разговорами садились за стол. Папа раскрывал старую, ещё дореволюционную книгу на иврите (я знал, что она называется Агада) — и моментально устанавливалась тишина. Он начинал громко читать, дядька по другой, ещё более потрёпанной книге, с трудом тоже читал, но молча. Больше никто у нас иврит не знал.

Время от времени отец останавливался и объяснял прочитанное. В нужном месте он объявлял, что следует выпить, облокотившись на левую руку — в знак т…
… показать весь текст …

Мама готовила цимес, жаркое, куриный бульон с галушками из мацы, два вида запеканки из мацы — простую и сладкую, с изюмом. И, конечно же, фаршированную рыбу, но в неё вместо белого хлеба добавлялa муку из мацы.

Я тем временем занимался «хреновой работой». Садился у открытого окна, предварительно открыв дверь, чтобы получился сквозняк, и тёр корешок хрена. Если сильного сквозняка не было — из глаз обильно текли слёзы, но я знал, что фаршированная рыба без хрена не так вкусна, а кроме меня тереть…
… показать весь текст …

Перед седером мы раздвигали большой старинный стол с резными ножками. Обычно он был квадратным, примерно полтора на полтора метра. Но в раздвинутом состоянии оказывался метра три с половиной в длину, при этом по краям откидывались дополнительные ножки. Вставка во время блокады пошла на дрова (сам стол чудом уцелел), поэтому мы вставляли обрезанные по ширине стола доски и накрывали их кусками фанеры.

Стульев тоже не хватало, приносили с коммунальной кухни табуретки и клали на них длинные толстые доски. Доски были неструганые, поэтому мы, мальчишки, оборачивали их какими-то плакатами, которых было полно в кладовке, и закрепляли снизу плакаты кнопками.

Как-то мой самый старший двоюродный брат с серьёзным видом спросил у моего отца:

— Дядя Абраша, у нас ведь мероприятие религиозное, разве можно использовать коммунистические, то есть атеистические плакаты?

— Знаешь, Гриша, — так же серьёзно ответил мой отец, — под попу — в самый раз!

Продолжение следует

В Америке практически все евреи, даже не религиозные, празднуют Песах. В Советском Союзе в 1950−60-е годы это было по-другому. Евреи были ошеломлены прошедшим не так давно «делом врачей» и волной антисемитизма, спровоцированной этим «делом». Они боялись соблюдать еврейские традиции и рассказывать о них детям. В Ленинграде многие мои ровесники вообще не знали про этот праздник или имели о нём весьма смутное представление. Однако мой папа всегда проводил первый Седер и собирал на него всю родню…
… показать весь текст …

Вот и прошёл Песах, Еврейская Пасха, праздник, посвящённый выходу народа из египетского рабства. Длится этот праздник в Израиле семь дней, в других странах — восемь. Собственно, праздничными считаются только первые два дня и последний, а в промежутке — полупраздники. Тем не менее, во все дни евреи не едят хлеба и вообще ничего, сделанного из злаков, кроме мацы. Даже обычную водку, изготовленную из зерна, пить не полагается. Однако имеется сливовица и другая водка, сделанная из фруктов, её можно…
… показать весь текст …

В субботу, в 11 часов утра, Борис позвонил в дверь квартиры на четвёртом этаже углового дома. Таня открыла дверь, провела его в гостиную и усадила в кресло. Сама села на диван.

— Ну, как дела? — спросила она.

— Всё нормально. От Даши я ушёл в то же утро, эти несколько дней живу у знакомых. Хотел бы переехать к тебе, если нет — сниму комнату на Брайтоне. А ты что решила?

— Юля, иди сюда, — позвала Таня.

Девочка вошла и, поздоровавшись с Борисом, села на диван рядом с матерью.

— Мы с Юле…
… показать весь текст …

Борис оделся и пошёл домой. Войдя в квартиру, взял из кладовки чемодан и понёс его в спальню.

— Где ты ночевал? — возмущённо спросила его Даша, сидевшая с косметичкой перед зеркалом.

— Это неважно. Моё терпение кончилось, я ухожу, — ответил Борис, открыл шкаф и стал складывать в чемодан свои вещи.

— Ты что, с ума сошёл? Это что, из-за того, что я вчера пошутила?

Борис, не отвечая, складывал рубашки, брюки, бельё. В спальню заглянула Инна.

— Папа, что ты делаешь? — спросила она, глядя н…
… показать весь текст …

Борис пошёл в ванную и с удовольствием встал под горячий душ, сменив его холодным и снова горячим. Вытерся, прошёл в спальню и лёг в постель.

Но ему не спалось. Борис слышал, как Таня прошла в ванную, потом заскрипел диван в гостиной. Внезапно перед ним возникла рука с револьвером. Чёрный зрачок дула смотрел прямо ему в лицо. Борис присел и резким ударом снизу вверх попытался выбить оружие, но его рука ударилась о что-то твёрдое и раздался звон.

Ещё не очнувшись от кошмара, Борис сел на кр…
… показать весь текст …

— Где ты был? — спросила Даша, когда Борис пришёл домой.

— В Манхэттен ездил, — ответил Борис.

— Что это вдруг?

И Борис, уже в который раз, начал расказывать о том, что с ним произошло. Однако на этот раз реакция слушaтеля была необычной. Когда он сказал, что в ответ на угрозу оружием ответил «Нет!» — Даша вдруг захихикала.

— Ты что? — спросил опешивший Борис.

— А ты бы согласился! Может, он бы тебе ещё деньжат подкинул! Ладно, ладно, я просто пошутила, — добавила она, увидев окаменевшее ли…
… показать весь текст …

Борис ушёл позже, чем обычно, так как Майк и сменивший Бориса Саша долго расспрашивали его о ночном происшествии. Когда он пришёл домой — там никого не было, Инна ушла в школу, а Даша — на курсы английского языка. Борис, как обычно, принял душ и лёг в постель, но вскоре понял, что заснуть ему не удастся.

— Поеду в Манхэттен, давно собирался купить видеомагнитофон, — подумал он.

Как всегда, Борис взял с собой книгу, но, сидя в сабвэе, не мог понять, о чём читает. В Манхэттене он не пошёл в мага…
… показать весь текст …

В конце октября Миша Белкин пригласил Цыбиных на свой день рождения. Было весело, но Борису пришлось уйти раньше, поскольку в восемь часов вечера начиналась его ночная смена на бензозаправке. Он еле успел вовремя, и тут же включился в работу, так как машины подъезжали одна за другой, он с трудом успевал. После десяти стало полегче, а в первом часу он раскрыл воскресную газету и стал отмечать подходящие ему объявления о работе, выходя заправлять редкие машины.

Около двух часов подъехал шикарный…
… показать весь текст …

— Доброе утро. Вы — Майк? — войдя через стеклянную дверь, спросил Борис у крупного брюнета за стойкой.

— Доброе, — кивнул тот. — А вы — тот самый Боря, о котором мне говорил Володя? — спросил он, окидывая Бориса цепким взглядом. — У вас в Союзе была машина? — задал он второй вопрос, дождавшись кивка в ответ на первый.
— Нет, — ответил Борис, подумав, что сейчас ему откажут.
— Ну, не страшно, я вам объясню, вы всё поймёте, только слушайте внимательно и запоминайте. Поверх одежды надеваете комбин…
… показать весь текст …

Вскоре Цыбиным удалось снять квартиру, состоящую из гостиной, спальни и совмещённого санузла на четвёртом, последнем этаже в доме недалеко от Белкиных. Въезжая, надо было не только заплатить за первый месяц вперёд, но и дать задаток в размере месячного платежа. Оставшихся денег только-только хватило на покупку необходимой хозяйственной утвари и кроватей.

— А за остальной мебелью — добро пожаловать в магазин Гарбидж (garbage (англ.) — мусор), — улыбаясь, сказал Миша. — Мы все с этого начинали…
… показать весь текст …

Пройдя на выход, Цыбины попали в объятия старого знакомого Бориса, Миши Белкина, который отвёз их к себе домой.

— Поживёте у нас, осмотритесь и снимете себе квартиру, — говорил он, ведя машину. — Смотрите, слева вода блестит, — перебил он себя. — Это — Атлантический Океан. А хайвэй, то-есть скоростное шоссе, по которому мы едем, называется Белт Парквэй. С него въезжаем в район, где мы живём уже шесть лет, он носит название Бенсонхёрст. Раньше был чисто итальянский, а за последнее время часть ег…
… показать весь текст …

Эта неделя пролетела очень быстро. Надо было найти кому пересдать свою комнату — она была оплачена до конца месяца. Также надо было реализовать остаток товаров, взятых на продажу, продать велосипед и цепь с замком к нему, обменять лиры на доллары…

Борис моргнуть не успел — последний вечер в Италии, друзья поднимают тосты за встречи в Америке. А когда все разошлись — спать было некогда. Борис повесил на спину, как рюкзак, длинный баул с постельными принадлежностями, взял в каждую руку по чемода…
… показать весь текст …