А помните, девчонки?

А майские парады, вы помните, девчонки?
Шары и транспаранты, короткие юбчонки.
На бигуди, что термо, мы кудри завивали,
На барахолке вещи, по моде покупали.
Студентки-хохотушки, как дружно-то мы жили,
На лекции и танцы, всей комнатой ходили.
Только сойдет с асфальта, в апреле зимний лед,
Мы шпильки обували и гордо шли вперед!
А помните, девчонки, как жили мы тогда?
В коробочке картонной, у нас там туш была.
Мы на нее плевали, та, что из Ленинграда,
А помните, девчонки, из Риги «Шарм» помада?
… показать весь текст …

Слова летели точно стрелы.
Жестокость снова правит бал.
Обид, понятий всех подмена…
Не так взглянул, не то сказал…
Не сметь ответить (накипело !) —
Боязнь разрыва, что навек.
И ранят фразы больно тело,
В котором плачет человек.

Предосеннее.

* * *
Феи осени пахнут мёдом, орехами и
кострами.
Они касаются листьев, и те из живых
становятся золотыми,
они касаются трав, и травы становятся
снами,
мы пережили лето, только немного
остыли.

Феи осени касаются трассы, и мы выходим
на трассу,
… показать весь текст …

Какими бы времена ни казались лютыми,
Нас мамы учили — жить и не падать духом.
Добро торжествует.
И пусть пока не салютами —
Но запросто — вдоль дорог тополиным пухом.

Добро торжествует.
Венками из одуванчиков,
Порывом бежать безо всякой на то причины.
И да, наконец-то, — улыбками вечных мальчиков,
Которые этим летом — и вдруг мужчины.

Добро торжествует.
Пустынными стадионами,
… показать весь текст …

Жить — это неудачно кроить и беспрестанно латать, — и ничто не держится (ничто не держит меня, не за что держаться, — простите мне эту печальную, суровую игру слов).
Когда я пытаюсь жить, я чувствую себя бедной маленькой швейкой, которая никогда не может сделать красивую вещь, которая только и делает, что портит и ранит себя, и которая, отбросив все: ножницы, материю, нитки, — принимается петь. У окна, за которым бесконечно идет дождь.

Я поняла одну простую вещь, лучше быть абсолютно одинокой, никому кроме себя не нужной, чем стараться соответствовать чужим ожиданиям того, кем ты не являешься, всё равно ты будешь одинокой, но немного позже, гораздо старше и ещё более несчастной

Улыбаешься, значит, выжил…
Больно, значит, ещё живой…
Я теперь просыпаюсь рыжей
С ярким солнцем над головой.

В поле ветер звенит серпами,
Учит птица птенцов кружить.
Я теперь тренирую память:
Меньше помнить и больше жить.

Я теперь не ищу отличий
Между собственным и чужим.
Круг над полем — секунда птичья…
Перейти — человечья жизнь.

А кто там идет по болотам и лесам
Огромной такою толпой?
- Белорусы.
А что они несут на худых плечах,
Что подняли они на худых руках?
- Свою кривду.
А куда они несут эту кривду всю,
А кому они несут напоказ свою?
- На свет божий.
А кто ж это их — не один миллион —
Кривду несть научил, разбудил их сон?
- Нужда, горе.
А чего ж теперь захотелось им,
Угнетенным века, им, слепым и глухим?
… показать весь текст …

70-х девочки…

70-х ДЕВОЧКИ, какими же вы были?
Носили форму школьную и искренно любили.
А дома из фланели, халатик одевали,
Так книжки вы любили — запоем их читали.
Ругали часто мамы: «Глаза испортишь, дочь!»
С фонариком читали, под одеялом, в ночь.
Воротнички — манжеты, частенько сами шили,
70-х ДЕВОЧКИ, какими же вы были?
Обычные девчонки, писали дневники,
Был песенник у каждой, с рисунком, от руки.
Плели косы — баранки, вплетая в них банты,
И эти две косички, все помним — я и ты.
… показать весь текст …

Утром проснуться — и досчитать до ста
Прежде, чем день впустить за границы
век.
Вот бы начать с нетронутого листа,
Чистого, как пока не пошедший снег.

Вот бы пропасть в сугробной его глуши,
Пусть не навек — до будущего утра.
Кто-то за локоть тронул, шепнул: «Пиши.
Это игра. А может, и не игра».

Это игра — ловить ускользнувший ритм,
И не игра, доводящая нас до бед.
Снег — ненадёжный или надёжный грим?
… показать весь текст …