Мудрый человек, проживший жизнь, понимает, что нужно жить одним днем и радоваться каждому своему ЖЕЛАНИЮ. Потому что с годами этих самых желаний почему-то становится всё меньше и меньше.

Много лет назад, когда ещё была жива моя мудрая бабушка, она однажды сказала нам с мамой, вешающим новые шторы к Пасхе, одну замечательную вещь… Шторы были, по тем временам, новомодные: с ассиметричными ламбрекенами, кистями, прочими прибамбасами… Они никак не хотели прицепляться к карнизам, падали нам на голо…
… показать весь текст …

Нет для меня, наверное, более щемящего дня, чем вот этот — 9 Мая…

Нет больше горечи, чем скрывается за громким словом Победа…

Нет больше отторжения, чем вызывают фанфаронские надписи недоумков про то, что они там «могут повторить», или георгиевские ленточки на ботинках…

И нет желания говорить, если честно…

Есть желание долго молчать…
долго думать…
всегда помнить…

и желать только одного —
… показать весь текст …

Несколько лет назад у меня была паллиативная пациентка, Нина, которой прямо озвучили количество оставшихся месяцев…

Мы не готовились к уходу, не плакали, не расщепляли прошлое на атомы сожалений…

Мы рисовали…

Получилось так, что я пересказывала ей одну книгу, и по давней своей привычке набросала портрет героини гелевой ручкой на тетрадном листе…

Нину вдохновил мой примитивный вид творчества, и она попросила меня учить её…

Рисовала она много, ярко, интуитивно…
Выплёскивала на большие листы в…
… показать весь текст …

Когда ты начинаешь движение к себе, то теряешь многих, кому был удобен в своей несвободе, лёгкой управляемости, поспешном отказе от своего мнения…

Тебя ждёт много горьких открытий о том, из чего, собственно, состояла твоя жизнь, в которой ты ничего не решал, ни за что не отвечал, ничего не выбирал…

К тебе моментально потеряют интерес те, кому больше не удаётся подсадить тебя на чувство вины, обременить всеми долгами сразу, и манипулировать привычными реакциями…
И они же обвинят тебя в том,…
… показать весь текст …

Ей за семьдесят…
Обычные семьдесят, не молодящиеся с той неистовостью, с коей ныне и двадцатилетние парализуют себе ещё ничего не повидавшие лбы…

Она прекрасна в своих морщинках с историей, простом чёрном свитере, с коротким седым ёжиком…

— Когда-то я услышала джаз… со старой пластинки Глена Миллера у деда…
И с тех пор танцевала под «Серенаду Солнечной долины»…
Даже в школе, где нас выпускали на смотры самодеятельности в танце маленьких кавалеристов…

Учительница орала на меня, обвиняя, что я…
… показать весь текст …

В твоём маленьком мире должно быть хорошо… обязательно хорошо…

И большое полотенце должно оборачивать пушистым коконом твоё тело после душа…
И горячий чай должен наливаться в любимую чашку в любое время, даже если это три ночи…
И в твоей постели должно быть столько подушек, сколько ты хочешь…
И лучшая музыка должна звучать всегда, когда она тебе нужна…

А ещё тебя должны окружать те вещи, что ты сам выбрал… и уютно в твоём пространстве должно быть именно тебе, а не модному дизайнеру…

Но…
… показать весь текст …

Разговаривала я тут со школьницами…

Слышу, как охарактеризовали кого-то: «Юлька — некрасивая!»…

— А какая это — некрасивая? — искренне и спокойно спрашиваю я…
Смотрят удивлённо…
— Ну, смелее! — подбадриваю, — некрасивая — это не похожая на картинку в Инстаграме… не фоткающаяся ножкой вперёд вполоборота, напряжённо вглядываясь в камеру… слишком высокая, или низкая… слишком худая, или полная… с немодными чертами лица… не с той причёской, что у большинства… какая…

Я знала, что сейчас начнётся…
… показать весь текст …

Каждый раз, когда зрелые (только по дате в паспорте) мужчины, сидя в моём кабинете, возводят в культ свои детские проблемы, и идут на всё, чтобы хоть кто-то решил эти проблемы вместо них, я думаю про своего тринадцатилетнего пациента Мишу…

Миша — мужчина. Без всяких натяжек и украшений. Такой мужчина, за спиной которого может укрыться даже взрослая женщина. Это не предположения. За его спиной — мама — запойный алкоголик со стажем, давно уволенная отовсюду, жалкая и безвольная женщина. И ещё —…
… показать весь текст …

Чем старше становишься, тем больше потребности в тишине, в уединении, в свободе от любых суетных обстоятельств…

Потому что ресурсы уже не бьют щедрой нефтью из богатой скважины, и требуют бережного отношения…
И сохранить их можно, не опустошаясь нещадно там, где бываешь с трудом… и с теми, к кому не лежит душа…

Мне часто хочется молчать…
Просто молчать…
И я делаю это, открыв для себя наслаждение собственной негромкости, в которой давно нет азарта хоть что-то оспаривать, доказывать, или ве…
… показать весь текст …

Тихие утренние минуты, прожитые, как маленькая жизнь ещё до того, как босые ступни коснулись пола…

Бережность к сну того, кто рядом…

Кусочек неба, мелькающий сквозь знакомые ветки у окна…

Мокрый собачий нос, утыкающийся в твои колени…

Горячий хлеб, взлетающий над тостером…

Чай, заваренный с хорошими мыслями…

Недочитанная книга…
… показать весь текст …

Когда меня спрашивают, помню ли я тех, кто причинил мне боль, я честно отвечаю, что помню… память-то пока не отшибло…
Я помню этих людей, но их больше нет в моём сердце, а значит, нет и боли…
Мне всё равно…
Зато в моём сердце навсегда останутся люди, которым боль причинила я…
И вот эта боль всегда со мной…
От неё не избавиться…
Помните об этом, ребята, прежде чем кидаться необдуманными словами, или решаться на поступки, в которых будут пострадавшие от вас…

— У нас с мамой есть многолетняя шутка: - «Жизнь рушится? Пойду пока картошку пожарю!»

Шутка работает! Хотя можно и не воспринимать её буквально… не картошку жарить, а например, креветки варить… шить юбку… идти за грибами… смотреть комедию… печь плюшки.
Вот это работает, ребята, а не драмы и трагедии, разыгрываемые на пепелище.
Поверьте мне…
Там, где что-то рушится, надо заниматься обычными земными делами, потому, что именно обычные земные дела выводят нас из сумрака потрясения…
Жизнь всегда будет стоить того, чтобы продолжать. И чтобы новые шансы приходили, их надо встретить занятыми.
Поэтому, отпустите на все четыре стороны тех, кто думал, что с вами можно так, как они себе позволили…
Отойдите ото всех закрытых дверей…
Перестаньте жалеть о невозвратном…

И — «жарьте картошку».

У любви, собственно, всего два состояния — она или есть, или её нет…

А возвращаясь всё к тем же счастливым отношениям, скажу, что вот именно НЕВЫДАЧА себе прав на собственность и ЗАПРЕТ себе дать любимому человеку испытать ОПЫТ УНИЖЕНИЯ — это главный критерий того, что отношения могут длиться десятилетиями без изматывающих войн и садистского порабощения друг друга…

Я не люблю разговоры про то, что «всё бывает», через «всё надо пройти», и про то, что «нет ничего страшного в скандалах и отсутс…
… показать весь текст …

Одно из самых счастливых решений моей жизни — это позволить людям думать обо мне всё, что им приходит в голову…
В конце концов, это их голова, их мысли, и их время, потраченное на то, на что они сочли нужным…

При чём здесь я?

И — настала восхитительная свобода…

Мне больше не страшно никого разочаровать!

Я ни минуты не потрачу на спор…
Не вступлю ни в одну дискуссию…
Не стану доказывать свою правоту, или неправоту…

Мне лень…
… показать весь текст …

Однажды перестаёшь бояться холода.
Любого холода.
Просто кутаешься потеплее, и живёшь дальше.
И тебя становится невозможно предать, обидеть, причинить боль.
Всё это случается, когда ты боишься, а когда нет — не случается.
Потому что ты прошёл худшие варианты, и тебя не удивить ничем.
И ты понимаешь, наконец, что жизнь начинается только тогда, когда перестаёшь бояться.
Холода, жары, обиды, гнева, потерь, осуждения, сплетен, идиотов, разлук, одиночества, предательства, даже смерти.
Потому что страх ещё никому и ничем не помог.
Отобрал по половине жизни у всех боящихся, а вот помочь — не помог.
Отсутствие страха открывает тебе глаза на то, что недовольство тобой — проблема недовольных, разочарование — разочарованных, критика — критикующих.
Ты здесь вообще не при чём.
Потому что или диалог, или пусть «моноложат» за спиной, от тебя подальше
… показать весь текст …

Моя бабушка не ходила в церковь…
Она подолгу сидела по вечерам, закрыв глаза, и беззвучно разговаривала с тем, в кого верила…
И — помогала, помогала, помогала…

Однажды я спросила её…
И она ответила…

В начале сорок второго бабушку эвакуировали…
С двумя детьми…

Эшелон с полуголодными измождёнными людьми месяцами стоял в тупиках, пропуская фронтовые поезда…

Четыре месяца спустя бабушка похоронила старшего, четырёхлетнего Федю, голыми руками выкопав для него неглубокую яму на придорожной косе…
… показать весь текст …

Когда я изредка жалуюсь маме на неприятности, то она всегда говорит мне:" -Я не знаю всех деталей, но могу помочь тебе дверью…" Услышав это впервые, я опешила… Но мама объяснила: — «В твоей жизни может случится что угодно, но не может случится одного: того, чтобы я не открыла тебе дверь… Так, что в любой момент, если устанешь, не захочешь продолжать чего-то, решишь сотворить революцию, потеряешь, разочаруешься, заболеешь, оборзеешь, будешь права или нет, и встанет мысль -что делать, и куда идти, то иди домой… Ко мне… Я обещаю не задавать вопросов… Но обещаю мягкую постель, вкусную еду для тела и для души, кошку под бок и далее по запросу…» Счастье — это просто, ребята… Это просто знать, что есть тот, кто поможет тебе дверью…