Алекс Брут

Что мне делать с тобой?
Нецелованной.
Мечтаешь о чем-то серьезном,
настоящем и правильном.
Ищешь и находишь
во мне то, чего нет.

Что мне делать с тобой?
Наивной.
Твоя подруга зовет меня Хищником,
а тебя —
Близорукой Дурочкой;
но ты возражаешь со страстью:
«Он другой!»
… показать весь текст …

То вперед, то назад на качелях чувств.
Не бросай меня только в терновый куст.
Не оставь меня с теми, кто ждет войну.
Вот причина, чтоб молча пойти ко дну,
для того, кто встанет не с той ноги
и очнется там, где играет гимн
корпорации или большой страны
(воспитание гордости и вины).

Закрывай глаза, открывай окно,
превращайся в воду, затем в вино.
Я готов любить этот горький вкус,
не бросай меня только в терновый куст.
… показать весь текст …

На маршрутке с окраины до метро
где-то двадцать минут.
Если выйти ровно в семь тридцать,
то поедешь в поезде
с ежедневными попутчиками:
красивая брюнетка,
слушающая кальянный рэп,
мужчина с усталым лицом
и бесконечной книгой,
женщина за пятьдесят
с газетой про народную медицину.
Иногда ты от скуки
читаешь через плечо:
«Бабушкины секреты:
… показать весь текст …

Жара, в которой экономия объятий
дает возможность выдохнуть, уже
невыносима. Липнут брюки, платья;
и духота на двадцать пятом этаже
помножилась на ту, что незаметно
вошла в привычку за десяток лет.
И вот мы принимаем безответно
еще один драконовский запрет.
И лишь предметы неустроенного быта
определяют линию судьбы.
Реши, что сохранить среди забытых
вещей. Пока заложники борьбы
в казённом доме превращают в четки
засохший хлеб и шелковую нить,
… показать весь текст …

Не скажу, что размышляю о смерти,
но иногда
с необычайной резкостью
представляю,
как однажды утром
почерневшая от горя женщина
увидит меня
на серебристом столе прозектора
и скажет: «Это действительно он».

И друг на поминках
встанет, пошатываясь:
«Он любил ночные разговоры
и завтраки в Маке».
… показать весь текст …

Ночь раскроет свой черный ящик
для измотанных и неспящих.
Между прошлым и настоящим
раскаленным углем июнь.
В нем кипят расставанья, встречи;
ведь ничто не бывает вечным,
даже город забыл беспечность —
злоба в пробках куда ни плюнь.

Мы сидим на горячей крыше
и сквозь шум автострады слышим
песню звезд, что сверкают выше,
предвещая хороший день.
И огни расплескала полночь,
… показать весь текст …

Кажется,
прожито и пережито больше,
чем я рассчитывал в 16,
но меньше, чем хотелось бы в 36.
Как много удалось
сделать и увидеть
относительно самого себя —
молодого и неопытного,
когда время казалось бесконечностью.
Когда планы и запросы
были понятны и просты.
Но с точки зрения прожитых лет
я почти ничего не успел.
И времени все меньше,
… показать весь текст …

Она написала мне в ночью.
В час с четвертью,
а может, в час двадцать.
Это не важно.

Важно, что была пятница,
а может, суббота.
Хотя, и это не важно.

Важно, что я сидел в баре с другом,
а может со случайным знакомым.
Но и это не важно.

Важно, что во мне было двести виски,
… показать весь текст …

На окне засыхает герань, под окном — корабли.
Бестолковые чайки никак не устанут кричать.
Ты приехал на море, но ветер по-прежнему злит,
залетая бестактно в квартиру без четверти пять.
И на тесном балконе, где раньше сушили белье,
где веревки, горшки, изолента и лопнувший скотч,
разделяешь окурки на кучки «моё — не моё».
И какой-то момент с ближней крыши спускается ночь,
чтоб напомнить о тех, с кем был счастлив и с кем разделён,
и о сложных дилеммах, которых совсем не хотел.
Ты ложишься на мятные простыни, стираный лён
не расправить ни легкой ладонью, ни тяжестью тел.

Алекс Брут

Когда он ушел,
стрелки нанастенных часов
показали без восьми минут восемь,
на улице зажглись фонари,
а небо было окрасилось
в такой темно-фиолетовый цвет,
который бывает только в кино
или на фотографиях в инстаграме.
*
Когда он ушел,
казалось, она вообще
ни о чем не думала.
Ее жизнь превратилась рутину —
в узкую змейку,
… показать весь текст …