Жара, в которой экономия объятий
дает возможность выдохнуть, уже
невыносима. Липнут брюки, платья;
и духота на двадцать пятом этаже
помножилась на ту, что незаметно
вошла в привычку за десяток лет.
И вот мы принимаем безответно
еще один драконовский запрет.
И лишь предметы неустроенного быта
определяют линию судьбы.
Реши, что сохранить среди забытых
вещей. Пока заложники борьбы
в казённом доме превращают в четки
засохший хлеб и шелковую нить,
от убеждений остаются лишь ошметки.
Надеюсь, ты решишь их сохранить.
Алекс Брут