Tina L

Дверь сиротливо
в бледную ночь распахнул
синий троллейбус.

Дни весенние горчат.
Души с жадностью галчат
Ждут от жизни сладкой крошки.
И прозрачен свет в окошке,
И чего-то жаль до слез —
Это авитаминоз.
Это мартовская вялость.
И нужна всего лишь малость —
Витамины БЭ да ЦЭ
И не думать о конце,
Уповать на перемены,
Покупая цикламены.
Жизнь берет на поводок
И выводит на ледок.
… показать весь текст …

Годы мчатся с горы на саночках,
только мудрыми нас не делают.
Понимание — это самое
основное, да только где оно?

Приговоры друг другу сыплются.
Фарисействуя, кто-то пьянствует.
Кто-то хлебом одним насытится,
только в поисках неба странствует.

Каждый в шкуре своей как в панцире,
но в чужой скорлупе мы не были:
хватит в душах других копаться нам…
Богу — Богово, небу — небово.
… показать весь текст …

Бледная полночь.
В легких сиреневых снах
город умолкший.

Подумал, вновь попав изгоем
Туда, где не был много лет:
Да, все другие, всё другое,
Но в остальном отличий нет.

Стоят, как лодки на приколе,
Во мне, седом бородаче,
И чувство гостя поневоле,
И неотвязное «Зачем?».

Тихонько дни перетасую
И тот найду, когда в косую
Линейку чистую тетрадь
Так сладко было открывать,
Когда, макнув перо в чернила,
Писала: «Мама Лушу мыла» —
Все буквы в домике косом.
А за окошком невесом
Кружился лист. Смотри и слушай:
Вот мать склоняется над Лушей,
Трет губкой маленькую дочь,
А ветер лист уносит прочь.

Кем только не работал я когда-то:
Вожатым кошек, птичьим адвокатом,
Водителем игрушечного джипа
И дирижёром мебельного скрипа.

Я был секретарём у Вилли Вонки,
Секретным разработчиком зелёнки,
Дизайнером кругов на водной глади
И даже в школе — сборщиком тетрадей.

Мне в трудовую книжку записали:
Уход за часовыми поясами,
Торговля ветром, дрессировка ягод,
Отбор туристов для тибетских пагод.
… показать весь текст …

Ни к чему гадать на гуще: то ли осень, то ли лето
между нами, между снами — жизнь прекрасна, видит Бог.
Я сама себе опора. Я сама себе планета.
Я сама себе надежда. Я сама себе любовь.

За окошком воет вьюга — снег танцует в стиле ретро,
а моим земным заботам в тёплом доме несть числа.
Я сама себе подруга. Я сама себе директор.
Я сама себе подснежник. Я сама себе весна.

Ни к чему гадать, как вышла встреча нам — к добру иль худу.
Лёд и пламя — отраженья наших яростных стихий.
Не волнуйся, мой хороший. Я печалиться не буду:
я сама себе настройщик и сама себе стихи.

Когда пропадают оттенки,
Полутона, подтоны и тоны,
Сшибаются стенка на стенку
Белые с чёрными легионы.

Два цвета всего: либо-либо.
И только из этого выбор.

Под неба сгорбленного мутью
В года последние лихие
Бредём беспомощно слепые
По бездорожью, по беспутью.

Огонь вдали не замаячит
Осознанной и ясной целью,
И пьём мы тщетно за удачу,
Ведь на чужом пиру — похмелье.

Непротивливые бесчинству,
Обречены на вымиранье,
Мы ни невежеству, ни свинству
Уже не ищем оправданья.
… показать весь текст …