Ольга Гесс

Затихло старое пианино,
Любовь замолкла вместе с ним.
С тех пор, как ты меня покинул,
Мне сердце стало вновь чужим.

«Люби меня по-французски»…
Так вроде в песне поётся?
Ты уходишь. Но только по-русски
Чьё-то сердце теперь разобьётся.

Впрочем, это уже не так важно:
Покидаешь меня, не прощаясь.
Ты имя не помнишь? Не страшно!
Это же я вновь тобой выбираюсь.

Ты люби меня так, как умеешь,
Невзирая на сотни акцентов:
И заметишь, как сам богатеешь,
Не имея при этом ни цента.

А в его глазах черти крестятся,
Богу молятся, в углах прячутся.
Только шепчет он: «Не отвертишься,
Тебе некуда теперь пятиться».

А в глазах его—целый мир земной:
В них и радость есть, есть и горести.
Я пошла за ним, позабыв покой,
Не послушала голос совести.

И брожу с тех пор в лабиринтах тьмы
По сухой земле, обожжённая.
Мне его глаза стали так нужны…
Словно в дьявола я влюблённая.

Я не в силах заставить тебя полюбить
Глаза, что так часто молчат о печали,
И сердце, которое трудно открыть,
И струны души, что давно замолчали.

И вроде у нас всё с тобой хорошо:
Но каждый уходит своею дорогой.
Хотелось сказать бы: «ты знаешь, прошло,
А то, что осталось—совсем не надолго».

Но как же искренне ты любишь,
Мой друг.
Не тех.
Совсем не тех.
И лишь меня словами губишь.
Любовь.
Восьмой смертельный грех.

Я могла бы желать твоей смерти,
Проклинать на живых языках,
Но, увы, я могу только бредить
И молить за здоровье в сердцах

Он пишет мне, когда ему бывает скучно,
Когда никто не хочет говорить,
А мне от этих писем душно!
Мне б так хотелось просто позабыть

Его глаза, что тащат в этот омут
Из брошенных случайно грубых фраз;
Вкус губ, что постоянно стонут
От страстных и неистовых проказ.

Но я молчу: во мне терпенья много,
Ночных фантазий—только отбавляй!
Он стал моим непостижимым Богом,
Который шепчет лишь: «Не забывай».

Любовь должна быть умной и доброй,
А страсть легкомысленной и беспощадной.
Чувствуете разницу?
Они как враги, претворяющиеся лучшими друзьями.

Грех на душу взяла я самый страшный:
Я полюбила вопреки всему!
Он воин, который так отважно
Сражается за мир в своём миру.

Там места нет лжецам и проходимцам
И нет пути, чтоб обойти закон.
Я полюбила далеко не принца,
Девичье сердце занял дракон.

Он воин; чешуя ему доспехи,
Огонь заменит и копьё, и щит.
Он рыцарей гоняет для потехи,
Затем им вслед загадочно урчит.
… показать весь текст …

Они вместе дошли до Берлина,
Пережив все кошмары войны.
Пусть история их позабыла:
О победе пусть помнят сыны.

И пускай всегда яркое солнце
Освещает могил братских путь.
Жаль, что с фронта никто не вернётся
Жаль, что живыми нам всех не вернуть.

И борьба, что велась Сталинградом
На дорогах из крови и глины,
Завершилась красивым парадом:
Они вместе дошли до Берлина.

Отец всегда учил меня, что давать в долг нельзя родственникам, друзьям и незнакомцам.

Здравствуй, мой дорогой друг!

Пишу тебе, а руки дрожат от счастья! Мы не виделись вот уже несколько дней, но в моей памяти еще свежи моменты нашей последней встречи. Помнишь, как ты смеялась, когда я уронил ключ от усадьбы в воду? Так вот знай, что старый рыбак дядя Сэм достал мне его сразу после того, как мы с тобой распрощались. Птенец твой, кстати, поправился и сидит сейчас напротив меня, помогая писать тебе эти строки.
Ты улыбаешься, я не мог сейчас этого не почувствовать. Рояль, кстати,…
… показать весь текст …

—Ты любишь его?
—Немного.
—Ты веришь словам?
—Чуть-чуть…
—Прогонишь опять с порога,
Жалеть потом будешь.
—Ничуть.
—А гордость твоя?
—Осталась.
—Что совесть твоя?
—Молчит.
Измены простить пыталась,
Но сердце теперь болит.
—Забудешь его?
… показать весь текст …

У писателя два мира.
Без нашего он может прожить, а без своего нет.

Любовь творит с людьми удивительные вещи. Она преобразует их и подталкивает на предательства. Предательства друзей, чести и собственного эга.

Целуйте тех, кто вам до боли нужен.
Быть может, это ваш последний шанс
Счастливым стать среди дождей и стужи;
Ведь сердце тоже может спеть романс.

Целуйте тех, кто вам безумно дорог,
И не спешите отводить свой взгляд,
Услышав сотни глупых отговорок
О том, что вас за это обвинят.

Целуйте тех, кто даже вас не любит,
Ведь кто-то должен сделать первый шаг.
Избыток чувств людей пока не губит,
Не требует возвысить белый флаг.

Я искал её в отблеске пламени,
За луной, окружённою звёздами;
Пролетал над землёй, океанами,
Возвращался потом днями поздними.

И мечтал, что по ту сторону вечности,
Бормоча вслух молитвы невнятные,
Обожжённая страстью и верностью,
Будет в небе меня ждать крылатая

Для которой я жгу расстояния,
Для которой теряю счёт времени,
Чтобы чувствовать только дыхание
На щеке, не внимая сомнениям.

И я получил пустой конверт. Без обратного адреса и жалкой подписи. Со словами на обратной стороне:

«Я есть.
Ты есть.
Мы есть.
Смерти нет.
Есть только любовь…»

Никогда не забуду, как она писала это при мне своей дрожащей рукой.
Врачи говорили, что ей не дожить до утра…

—Моя душа хочет вискаря.
—Твоя душа просит вискаря с тех пор, как ты издал первый в своей жизни крик. Но глупые акушерки почему-то решили, что тебе нужна сиська.
—От сиськи я бы тоже сейчас не отказался.

Позвольте мне коснуться Ваших губ
И в сердце сохранить моменты встречи,
Быть может, я бываю груб,
Но время раны не излечит.

Позвольте Вашей стать судьбой,
Я болен Вами без надежды
Здоровым стать, самим собой…
Я Вам, увы, кажусь невеждой.

Но знайте, что тепло души
Я без остатка Вам вверяю,
И только Вам дано решить
На сколько лет покой я потеряю.