Свава

Почему новые технологии так легко завоевывают потребителя, а в новой социальной сети число пользователей растет, даже если она не несет никаких новых функций?

Социальные сети — это, по существу, разновидность нейромаркетинга. Это легальный и крайне эффективный метод управления нашим поведением. Они влияют на самые глубинные (а можно сказать, и примитивные) структуры нашей психики. И сопротивляться подобному воздействию крайне трудно. Так что глагол «завоевывают» здесь очень к месту.

Все мы, на…
… показать весь текст …

Возвращаясь домой, он здоровался с кактусами, гладил их по тонким иголочкам и заботливо поливал — раз в неделю, не чаще. Кактусы стояли на подоконнике, закутанные в шарф: он боялся, что холодную зиму они не переживут, а переставить никуда не мог — на столе мостились ноутбук, парочка книг, альбом с абсолютно никудышными рисунками, которые он черкал в припадках вдохновения, и кружка с недопитым чаем.

Нехватка места объяснялась очень просто: он снимал кухню. Я честно не знаю, где можно снимать тол…
… показать весь текст …

Всякий мужчина однажды проходит через ад под названием Кризис Среднего Возраста.

Точнее, это он так считает. На самом деле, по преисподней путешествует вовсе не мужчина, а та несчастная, которая в этот момент оказывается рядом. Пока супруг со вкусом заламывает руки, его половина вынуждена быть умной, терпеливой и понимающей, как жена отца Фёдора или Софья Андреевна, например.

На самом деле, конечно, быть женой отца Фёдора или не быть — решать вам. Но к тому, что мужчины называют кризисом, луч…
… показать весь текст …

Так и засыпаешь, глотая крик,
сбившись в теплый комок за железной дверью.
В каждом несчастливце живет внутри
Бог, в которого он не верит.
Мой — резвится во всю свою божью прыть,
будто и вправду есть резон торжеству его.
Даже немного странно боготворить
тех, кто не существует.
Ждать, закусив губу, поправляя прядь,
слушать, как внутри его сердце бьется.
Хочешь свободы — просто учись терять,
боги живут до мая от сентября,
больше не удается.
Город наливается дзен-дождем,
… показать весь текст …

Как я? Не будем, нет. Давай не будем. Ни грусти, ни претензий, ни страстей.
Когда твой сон глубок и беспробуден, не открывай свой дом для новостей.
Красивый мальчик, яркая заплатка, проникшая в сюжет при монтаже.
Моя зеленоглазая закладка в кармическом журнале платежей.
Эпоха философий на диване, индийский зной, гонконговский базар.
В моем музее разочарований тебе оставят самый лучший зал.
Как я? Лечу домой в двадцатых числах, сошла с дороги, не сойдя с ума.
Я тоже бы хотела научиться сама,
как…
… показать весь текст …

Вот так оно и случается, дорогой.
Любая неразрешенность за миг-другой
находит ответ, искомый не первый год,
да так, что и не придраться.
Такси стоит, блестит на земле стекло,
глазеет солнце, впившись в небесный склон:
как нынче озлоблен взгляд и лицо бело
у божьего новобранца.
А был такой необъятный, живой колосс,
и вот уже бездумен и безголос,
сырье для журналистов вторых полос,
пометка в конспектах ЗАГСа.
И стало неважно, муж ты мне или сват,
и сколько за месяц накрутится киловатт,
… показать весь текст …

Краски сложив в чемоданы
Грусть посадив под замок
Чуть от безумия пьяный
В райский сбегу уголок

Солнце согреет мне пальцы
Чтоб прикоснуться к мечте
На ломаном португальском
Буду шептать: «А мо тэ»

Страстно, под ритмы латино
С запахом пота и роз
Здесь на верху серпантина
Сальсу танцует Христос
… показать весь текст …

Горячий глинтвейн, ноги под пледом
Светило усталое прячет лицо
Видно такое по жизни мне кредо
Пятым в телеге быть колесом…

Роем пчелинным сознание жалит
Знал бы дорогу, ушёл в монастырь
Грею ладони витками спирали
Книги зачитывая до дыр…

Сонные шорохи многоэтажек
Лишь добавляют тяжести век,
Но от чего-то сегодня не ляжет
И не уснёт во мне человек…
… показать весь текст …

Уже не вспомнить, когда мы познакомились, но одинокий старик, торгующий древним хламом на маленькой «толкучке» у рынка, много лет был частью моей жизни. Он обладал живым умом и талантом рассказчика и охотно делился маленькими историями из своего прошлого — весёлыми и добрыми байками из быта молодого специалиста семидесятых годов, трагическими эпизодами девяностых, поликлиническим и пенсионным эпосом двухтысячных.
У меня есть ощущение, что подачка унижает человека. Другое дело — щедрая оплата как…
… показать весь текст …

Я работаю с подростками на краткосрочных десятидневных курсах.

Мои ученики — это ученики старших классов питерских школ. Иногда попадаются школьники из других городов — из Москвы, например — их специально привозят к нам на занятия.

Социальный срез — средний класс, дети законопослушных граждан, твердо стоящих на ногах. Обучение — 10 занятий — у нас стоит как средняя зарплата по Питеру.

В конце каждого курса, на 10-м занятии, мы проводим письменный опрос учащихся, где они отвечают на самые элем…
… показать весь текст …