Не одолжите мне немного хорошего настроения?
А то так грусто, даже обнять некого.

Прощайте любимым всё, что можно простить,
Чего нельзя, вы тоже прощайте!

Самые ценные люди — это те, кто знает тебя с детства.
Они преданы и знают тебя таким/такой, как ты есть.

Глубина человека
исчисляется окнами,
в которые он
смотрел и тихонько
плакал

Бывает, заходишь в лифт, особенно в утренние часы, и кажется, что он переполнен чужими запахами, чужой жизнью. Запах чужого дыхания, пропитанный сигаретным дымом изнутри, смешался с приторным запахом духов: ОН хочет казаться сильным, а ОНА — красивой. Стараюсь дышать неглубоко, пока мое воображение развлекается и рисует этих людей. Маленькое электронное табло отмеряет вертикаль этажами: когда я смогу выйти из этого пространства чужих мыслей и желаний.

Иногда надо всего лишь приземлиться, чтобы видеть и ощущать реальную жизнь.

Живите просто —
Как хорошо быть дураком
Среди прохвостов

— Зашибись!
Сказали вышибале, узнав о том, сколько он бабок зашибает.
Бабки, оказалось, были не в курсе.

Осенний блюз

Осенний блюз играет неспеша,
Седой скрипач в пустынном парке,
Заслушалась его я чуть дыша,
А звуки музыки нежны и ярки.
С деревьев листья падают, летят,
Беспечно танец свой даруя,
Полёт их завораживает взгляд,
Осенний блюз и танец их чаруют.
А мы грустим, осенняя хандра,
Холодный дождь, промозглый ветер,
Седой скрипач играет до утра,
Прекрасную мелодию на свете.

Сентябринки!
Когда листья облетают,
Так нужны душе теплинки.
Что цветут, не замерзают,
Их зовем мы -сентябринки!
Восхищаться ими мало,
Нам подарок сентября.
Что цветут так запоздало,
До морозов октября.
Куст как будто что-то знает,
Пчелок, бабочек собрал.
Только каждый понимает,
Сентябринки, как финал.