Среди сотен рассказов о катастрофах и героизме и спасениях, я обратил внимание на маленькую заметку, 22 строчки и фотография старика, потом выяснилось, что ему было 86 лет. Нет он не отстреливался геройски и не бросался на террористов, да и отстреливаться ему было нечем. Он видя и слыша крики и выстрелы, видя огонь и дым, понял то, что давно сказал Виктор Франкл: Как умирать не всегда зависит от человека, а вот с какой мыслью — только от него самого. А умирать евреи умеют… Старика звали ШЛОМО РО…
… показать весь текст …

— Я разлюблю тебя весной,
Когда сойдут снега,
И торжествующая жизнь
Из каждой почки выглянет,
Из каждого цветка
— Я разлюблю тебя,
Когда вернётся осень,
Украсит золотом мой дом и сад,
И на трепещущей от ветра паутинке
Бриллиантикам росы
Я буду рад
— Я разлюблю тебя зимой,
Забыв, что в мире есть тепло,
Когда от сумерек и тишины
… показать весь текст …

Самый страшный грех — отрицание собственных грехов.

Утешительное забвение
Шум прибоя.
А в груди пулевое ранение,
Проще горе.
Чаек крик бесконечный и ранящий
Режет ухо.
А болит только по нарастающей
Невезуха.
Все дороги мои исхожены
Вдоль и против.
Лишь ошибки за жизнь помножены
Не сочтете.
Я не грежу об их решении
Двойка в табеле.
… показать весь текст …

Сегодня снова ливень. Неожиданно. Прогнозы предвещали солнце, а здесь — прямолинейно, с неба. Никто не ожидал. Никто не желал. А он пришёл.

Потоки прозрачной небесной воды умывали улицы и дороги. Крыши домов радостно сверкали в золотых лучах. Лужи страстно фотографировали голубовато-серую высь, а прохожие улыбались из-под цветных зонтов, грациозно выплясывая между каплями.

Город утопал в объятиях семицветной радуги. Улыбающийся дождь обильно поливал всех на счастье! Вдруг прекратил. Неожиданно. Осторожно спрятав красочную радугу в карман старого плаща.

Дождевик тихо покинул город. Оставляя после себя прозрачные следы-лужи на асфальте.

Ну, заверните, жрать не просит,
На полке пыльной найдётся метр.
Потом однажды вдруг станет гостьей,
Как рыба к пиву, к слезам жилет.
Играя в мачо, смеялся громко,
Над ней убогой и не смешной.
То волос рыжий висит соломкой,
Глаза на выкат и рот большой.
Но мачо вежлив, он точно знает,
Ему случалось уже не раз.
Уродок, в общем-то, не бывает,
А это лучше, чем пи@@рас.
Смешно с надрывом, до боли в горле
Бедняжка пыжится, но стоит,
… показать весь текст …

Прости Земля, как победить Инферно?
Залить пожары, прекратить войну.
Да-да, ты рассуждаешь очень верно,
Но от твоих мыслей я иду ко дну.

Прости родная, мы конечно дряни
И рубим сук, на острие сидим.
Но теплится надежда: вместе с нами
Не могут так же невиновные уйти.

А, всё равно! Суди, суди нас строго
Ведь мы другого больше не поймём.
И если есть ещё дорога, та от Бога
И может, до него когда-то добредём.
… показать весь текст …

Мы молча сидим на скамейке и смотрим вокруг. Понадобилась целая жизнь, чтобы этому выучиться. Наверное, только старики могут молча сидеть друг подле друга и наслаждаться тишиной. Молодые — горячие и нетерпеливые — непременно ее нарушат. И зря, потому что тишина совершенна. Священна. Она сближает, да только те люди, что подходят друг другу, не скучают в тишине. Такой вот парадокс.

Поэзия создана не для того, чтобы ее понимать. Она вдохновляет и трогает до глубины души безо всяких объяснений.